стр. 1
(всего 6)

СОДЕРЖАНИЕ

Вперед >>

Джон Р. Хикс. "Стоимость и капитал"

Р.М. Энтов. Экономическая теория Дж. Р. Хикса
Предисловие
План работы. Введение, имеющее два аспекта: 1) введение в теорию стоимости, предполагающую изучение взаимосвязей между рынками и их взаимозависимость; 2) введение в экономическую динамику - теорию капитала и процента, представляющую собой исследование экономической системы как процесса, протекающего во времени
Часть I. Теория субъективной стоимости
Глава I. Полезность и предпочтение
1. Теория полезности Маршалла. Парето и кривые безразличия. 3, 4. Ординалистский характер полезности. 5. Потребность в теории, последовательно основанной на понятии ординалистской полезности. 6. Предельная норма замещения. 7. Убывание предельной нормы замещения. 8. Логические основания дедуктивной экономической теории. 9. Обобщение случая со многими товарами
Глава II. Закон потребительского спроса
1. Выведение закона Маршаллом. 2. Последствия измене-ний в уровне дохода. 3. Последствия изменений в уров- не цен. Эффект дохода и эффект замещения. 4. Развитие понятия <товар>. 5. Рыночный спрос. 6. Случай Гиффена. 7. Кривые предложения
Примечание к главе II. Потребительский излишек
Глава III. Дополняемость
1. Определение Эджуорта-Парето. 2. Пересмотренное определение. 3, 4, 5. Влияние изменений в уровне одной цены на план расходов. 6. Спрос на группу товаров
Часть II. Общее равновесие
Глава IV. Общее равновесие обмена.
1. Границы применения последующего анализа. 2. Тео-рия обмена в ее <вальрасовском> виде. 3. Определимость равновесия обмена. 4. Причины, объясняющие явную бесплодность системы Вальраса.
Глава V. Функционирование системы общего равновесия.
1. Законы обмена и условия стабильности. 2. Стабиль-ность простого обмена. 3. Стабильность множественного обмена. Совершенная и несовершенная стабильность. 4,5. Условия стабильности при множественном обмене. 6. функционирование системы множественного обмена. 7. Эластичность предложения и спроса (при условии, что допускаются всякого рода вторичные воздействия).
Глава VI. Равновесие фирмы.
1. Сходство теории субъективной ценности и теории фирмы. 2. Условия равновесия: простой случай. 3. За труднение, связанное с возрастанием доходности. 4. Его преодоление посредством рассмотрения несовершенной конкуренции. 5. Множество факторов и множество про-дуктов.
Глава VII. Дополняемость и заменяемость в сфере про-изводства.
1. Влияние изменения цен на равновесие фирмы. 2. За-меняемость производственных факторов. 3. Дополняе-мость производственных факторов. 4. Соотношение меж-ду фактором и продуктом. Регрессия. 5. Преобладание отношений дополняемости среди факторов и среди про-дуктов. 6. Общий случай.
Глава VIII. Общее равновесие производства.
1. Синтез статической теории равновесия. 2. Возмож-ность определить расширенную систему равновесия. 3. Стабильность системы и функционирование системы. 5, 6, 7. Несколько примеров, характеризующих метод об-щего равновесия
Примечание к главе VIII. Сложившиеся, или жест-кие, цены.
Часть III. Основания динамической экономической теории
Глава IX. Метод исследования.
1. Статика и динамика. 2, 3. Традиционные подходы: 1) стационарное состояние; 2) короткие и долгие перио-ды Маршалла. 4. Приложение метода Маршалла. Фунда-ментальные положения общей теории динамики: 1) не-деля, 2) план, 3) ожидание. 5. Сохранение основных по-ложений статического анализа.
Примечание к главе IX. Формирование цен.
1. Теория формирования цен Маршалла для условий временного равновесия. 2. Обобщение результатов необ-ходимого для нас анализа Маршалла.
Глава Х. Равновесие и неравновесие.
1, 2. Два подхода к равновесию. Экономическая система всегда находится в состоянии равновесия; она всегда с течением времени выходит из состояния равновесия. 3. Причины неравновесия. 4. Торговля с поставкой в бу-дущем как способ устранения некоторых причин нерав-новесия. Ее ограничения. 5. Некоторые примеры систем. <Экономика Настоящего> и <Экономика Будущего>
Глава ХI. Процент
1. Товарная норма процента и денежная норма процен-та. 2. Система процентных ставок. 3. Краткосрочные и долгосрочные ставки. 4. Рынок долгосрочных ставок как рынок, на котором заключаются срочные сделки по ссу-дам на короткие сроки. 5. Следующие модели: <Экономи-ка Настоящего с краткосрочным кредитованием> и <Эко-номика Настоящего с долгосрочным кредитованием>. 6. Рынок краткосрочных сделок как рынок, на котором заключаются срочные сделки по долгосрочным ссудам.
Глава ХII. Определение нормы процента
1. Недавняя дискуссия. 2. Некоторые начальные затруд-нения. 3. Определение нормы процента для условий, от-ражаемых различными нашими моделями. 5. Традицион-ная дихотомия между <реальным> и <денежным> нап-равлениями в экономической теории. 6. Подход г-на Кейнса.
Глава ХIII. Процент и деньги.
1. Деньги как разновидность ценных бумаг, 2. Заменяе-мость между деньгами и векселями. 3. Заменяемость между деньгами и долгосрочными ценными бумагами. 4, 5. Цепочка заменителей.
Глава ХIV. Доход.
1. Не поддающаяся разрешению проблема, связанная с понятием <доход>. 2. Доход с практической точки зрения. 3, 4, 5. Последовательные аппроксимации понятия <идеальный доход>. 6. Его крайняя запутанность. 7. Доход ex ante a ex post. 8. Оценки общественного дохода. Их истинный смысл.
Примечание к главе XIV.
А. Сбережение и инвестирование. Различное понимание их равенства и несовпадения. Б. Процент и расчет вели- чины дохода. 1. Процент и обесценение. 2. Средний период потока стоимостей. 3. Средний период как мера crescendo или diminuendo потока.
Часть IV. Функционирование динамической системы
Глава ХV. Планирование производства
1. О задачах исследования в части IV. 2. Теория капита-ла австрийской школы. 3. План производства. 4. Что мак-симизирует предприниматель? 5. Равновесие плана. 6. Стабильность плана. Вновь рассматриваются условия возрастающей доходности. 7. Средний период плана
Глава ХVI. Цены и производственный план
1. Общее с проблемами, которые рассматривались в гла-ве VII. 2. Приспособленные для анализа правила стати-ки. 3. Влияние текущих цен на ценовые ожидания. 4. Короткие и долгие периоды. 5, 6. Заменяемость и дополняемость во времени. 7. Лаг, связанный с осуществлением затрат
Глава ХVII. Процент и производственный план
1. Причины, объясняющие, почему изменения процента исследовать труднее, чем изменения цен. 2. Отдельные изменения в уровне процента. 3. Общие изменения в уровне процента; характерный для плана <перегиб>. 4. Средний период как показатель такого движения плана. 5. Падение ставки процента увеличивает средний период. 6. Ошибка Бем-Баверка. 7. Важность движения процента
Глава ХVIII. Расходование и кредитование
1. План потребления. 2. Уязвимость концепции и способы ее смягчить. 2. Равновесие плана потребления. 3. Эф-фект дохода в динамической теории. 4, 5. Последствия изменений 1) цены, 2) процента. 6. Два вида эффекта дохода.
Глава ХIX. Спрос на деньги
1. Деньги как потребительское благо длительного поль-зования. 2. Деньги как ценные бумаги. 3. Спрос на день-ги в стационарных условиях. 4. Спрос на деньги со сто-роны фирмы .
Глава ХX. Временное равновесие системы в целом. I. Его несовершенная стабильность
1. Сфера применения теории временного равновесия. 2. Еще раз о понятии несовершенной стабильности. 3. Когда ожидания неэластичны, стабильность поддер-живается благодаря замещению во времени. 4. Крити-ческий случай, когда замещение во времени становится невозможным. Викселль и <кумулятивный процесс>.. 5. Общее доказательство возможности несовершенной стабильности системы для критического случая. 6. До-казательство г-на Кейнса.
Глава ХXI. Временное равновесие системы в целом. II. Возможные стабилизаторы
1. Есть угроза, что наша модель будет свидетельствовать о более значительной нестабильности, чем наблюдается в действительности, поэтому необходимо искать возмож-ные стабилизаторы. 2. Процент как стабилизатор. 3. Долгосрочные и краткосрочные ставки процента. 4. Заключенные в прошлом контракты как дестабилизаторы. 6. Жесткость цен. 7. Особая важность вопроса о <жесткой> заработной плате. 8. Почему заработная пла-та должна быть жесткой? 9. Значение нормальной цены 1) как причины жесткости цен, 2) как непосредственно-го стабилизатора.
Глава ХXII. Временное равновесие системы в целом. III. Законы ее функционирования
1. Эффективность, связанная с накоплением запасов, осуществлением сбережений и инвестированием. 2, 3. Со-ответствующие последствия в условиях эластичных це-повых ожиданий. 4, 5. Соответствующие последствия в условиях неэластичных ценовых ожиданий. 6. Соответ-ствующие последствия в условиях эластичных процент-ных ожиданий.
Глава ХXIII. Накопление капитала
1. Проблемы, выходящие за рамки теории временного равновесия. 2. Депрессивное воздействие на экономику накопления капитала. 3. Накопление капитала и распре-деление.
Примечание к главе XXIII. Доход в процессе накоп-ления капитала
Глава ХXIV. Заключение: торгово-промышленный цикл
1. Некоторые предварительные соображения. 2. Бум как процесс, охватываемый накоплением капитала. 3. Поче-му спад не ведет ко всеобщему потрясению. 4. Изобре-тения и нововведения. 5. Постоянно существующие проблемы
Математические приложения
1. Вводный раздел. 2. Основное математическое утверж-дение
Приложение к главе I. 3. Равновесие потребителя. 4. Условия стабильности. 5. Ординалистский характер полезности
Приложение к главам II и III. 6. Влияние увеличения дохода на спрос. 7. Последствия изменения цены при постоянном уровне дохода. 8. Свой-ства члена, соответствующего эффекту замещения. 9. До-полняемость. 10. Спрос на группу благ. 11. Предложение товаров. 12. Рыночный спрос
Приложение к главе IV . 13. Равновесие обмена
Приложение к главе V. 14, 15. Стабильность равновесия обмена. 16, 17. Пос-ледствия расширения спроса
Приложение к главе VI . 18. Равновесие фирмы. Условия равновесия.
Приложение к главе VII. 19. Равновесие фирмы. Воздействие на него изменения цены. 20. Тенденция к преобладанию отношений допол-няемости между факторами
Приложение к главе VIII. 21. Общее равновесие производства. 22. Стабильность общего равновесия
Приложение к главе XV . 23. Определение плана производства
Приложение к главе XVII. 24. Воздействие процента на план производства. 25. Сред ний период плана


Экономическая теория Дж. Р. Хикса

Р.М. Энтов


Джон Ричард Хикс принадлежит к числу наиболее из-вестных и влиятельных представителей современной бур-жуазной политической экономии. Во многих работах за-падных авторов его характеризуют как одного из самых выдающихся экономистов-теоретиков нашего века [См., например: М. В1aug. Great Economists since Keynes. An Introduction to the Lives and Works of One Hundred Modern Economists. Sussex, 1985, p. 91.]. Перу Дж. Хикса принадлежит более 20 книг и несколько десят-ков статей, причем в центре исследования чаще всего ока-зывались важные проблемы политической экономии - теория стоимости, спроса и цены; заработной платы, ка-питала и прибыли, хозяйственного роста, промышленного цикла, инфляции и т. д. Наибольшую известность автору принесла неоднократно переиздававшаяся книга<Стои-мость и капитал>, снискавшая в западной литературе ре-путацию <классической работы>.
Эволюция теории Дж. Хикса
Джон Р. Хикс родился в небольшом английском город-ке Лимингтон в 1904 г. Получил образование в Оксфорд-ском университете; его <наставником> был известный дея-тель фабианского движения Дж. Коул (1889-1959), ко-торый незадолго до этого окончил тот же университет. С 1926 г. Хикс преподавал в Лондонской школе экономи-ки. В 1928-1931 гг. он опубликовал в журнале Экономи-ка ряд статей, посвященных условиям формирования заработной платы в строительстве (материалы подготов-ленной диссертации), теоретическим концепциям, в кото-рых существование капиталистической прибыли выводит-ся из неопределенности, характеризующей операции пред-принимателя и др.
<Теория заработной платы>. В 1932 г. была опубликована первая книга Хикса <Теория заработной платы>. Уже в этой работе 28-летний английский экономист продемон-стрировал свой интерес к самым общим теоретическим проблемам, и прежде всего к теории стоимости. Книга открывается фразой: <Теория определения заработной платы в условиях свободного рынка - это просто частный случай общей теории стоимости> [J. Hicks. The Theory of Wages. New York, 1963, p. 1. ]. Концепция, связываю-щая размеры заработной платы с величиной предельного продукта труда рабочего, к моменту выхода книги Хикса имела уже почти полувековую историю (автор прямо ссы-лается на <Распределение богатства> Дж. Б. Кларка и <Принципы политической экономии> А. Маршалла [Критический анализ теории предельной производительности содержится в кн.: В. Афанасьев. Этапы развития буржуазной политической экономии (очерк теории). М., 1985. ]). Однако к этому времени в центр обсуждения выдвинулся ряд вопросов, связанных с особенностями функциониро-вания рынков при подрыве условий так называемой совер-шенной конкуренции.
В чем же проявляются нарушения конкурентного ме-ханизма на рынке труда? Как известно, к началу нашего столетия в ключевых отраслях экономики развитых капи-талистических стран утвердилось господство монополий. Однако Хикс - в полном соответствии с традициями бур-жуазной политической экономии, - по существу, уклоня-ется от рассмотрения роли капиталистической монополии и, в частности, монополистических соглашений между предпринимателями, соглашений, обнаруживающихся на рынке рабочей силы [Пытаясь как-то оправдать явную односторонность своего ана-лиза, Хикс ссылается, в частности, на то, что большая часть сведе-ний об объединениях предпринимателей хранится в секрете, тогда как действия профсоюзов всегда <на виду> (см.: J. Hicks. The Theory of Wages, p. 166-167). Подобное соображение, разумеется, никак не может использоваться в качестве серьезного довода, по-зволяющего исключить из теоретического анализа объединенные действия предпринимателей, и сам автор в одном-двух случаях ссылается на получившие широкую известность случаи локаутов, Тем не менее в ходе последующих рассуждений неизменно пред-полагается, что капиталистические предприниматели своими дей-ствиями не могут оказывать какого-либо влияния на рыночный уро-вень заработной платы (выражаясь словами Хикса, при покупке факторов производства фирма всегда выступает как pricetaker- см.: J. H i с k s. The Theory of Wages, p. 332).
После второй мировой войны в статье <Экономические основы политики заработной платы> Хикс упоминает о необходимости учитывать монополистическую роль ассоциации предпринимателей на рынке рабочей силы; однако в теоретической модели монополии отсутствует устойчивое равновесие. И автор опять отвер-гает эту идею, ссылаясь на сей раз на ограниченные возможности теории монополии. <Чистая теория монополии, - утверждает он, - может лишь в очень ограниченных масштабах использоваться для того, чтобы объяснить поведение предпринимателей на тех рынках, на которых они продают свою продукцию; еще менее вероятно, что такая теория окажется сколько-нибудь уместной при анализе поведения участников, выступающих - с той или другой стороны- на рынке рабочей силы> (J. Hicks. Economic Foundations of Wage Policy. - Economic Journal, September 1955).]. Единственным фактором, нарушающим свободное взаимодействие рыночных сил, в книге <Теория заработной платы> оказывается деятельность профессиональных союзов рабочих и служащих. Объединение трудящихся и развитие профсоюзного движения вызвало к жизни, по утверждению Хикса, такие силы, которые эф-фективно противостоят попыткам предпринимателей сни-зить заработную плату; более того, эти силы могут обеспе-чивать повышение доходов рабочих сверх <равновесного> уровня.
Считая обычные маржиналистские схемы распределе-ния доходов недостаточными, Хикс дополняет их <теорией промышленного конфликта>. Единственной нерыночной си-лой, воздействующей в этих теоретических моделях на движение заработной платы, оказываются действия проф-союзов. Характерна сама постановка проблемы: <В какой мере давление профсоюзов может заставить предпринима-телей платить более высокую заработную плату или пре-доставить своим рабочим и служащим другие, более бла-гоприятные условия труда, чем те, которые имели бы мес-то при отсутствии профсоюзов?> [ J. Hiсks. The Theory of Wages, p. 352.]
Основное орудие давления на предпринимателей, кото-рое, по утверждению английского экономиста, используют профсоюзы, - это угроза забастовки. Рассматривая вопрос о возможности повышения заработной платы, предприни-матель сравнивает дополнительные издержки, связанные с повышением зарплаты, и убытки, которые должна при-нести забастовка в том случае, если он откажется пойти навстречу требованиям рабочих. К числу параметров, иг-рающих особенно важную роль в развитии <промышлен-ного конфликта>, относится вероятная продолжительность забастовки [Хиксианская модель определения заработной платы, в которой ставки оплаты определяются пересечением <кривой уступок> предпринимателей и <кривой сопротивления> профсоюзов, до настоящего времени широко используется в западных учебных посо-биях (см., например: R. Byrns, G. Stone. Economics. 2-nd ed. Glenview (111.), 1984, p. 703-704).].
Содержание книги <Теория заработной платы> может свидетельствовать (иногда прямо, а чаще - косвенно) о том глубоком впечатлении, которое произвела на ее ав-тора всеобщая забастовка английских рабочих 1926 г. Многие суждения о стачечной борьбе, которые высказаны в этой книге, продиктованы острым сознанием опасности, грозящей всей капиталистической системе хозяйственных отношений. В проектах смягчения классового конфликта наглядно проявляется связь сформировавшегося монополистического капитализма с оппортунизмом - связь, кото-рая, как показал В. И. Ленин, <сказалась раньше всех и ярче всех в Англии благодаря тому, что некоторые импе-риалистические черты развития наблюдались здесь гораз-до раньше, чем в других странах> [В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, с. 423-424. ].
В соответствии с идеями <гильдейского социализма> Хикс полагает, что профсоюзы могут осуществлять важ-ные социальные функции в тех случаях, когда им удается поддерживать <мир в промышленности>, причем развивае-мая им концепция промышленного конфликта может способствовать теоретическому осмыслению подобной <миро-творческой> роли. Ведь если можно примерно оценить на-перед убытки, которые должна принести предпринимате-лям и рабочим предстоящая забастовка, рассуждает автор, обе стороны могут окончить дело миром, сговорившись между собой. Решающую роль при этом, разумеется, должно играть подчинение реформистской линии профсоюзного руководства интересам капиталистов. <Чем тес-ней контакты между профсоюзными руководителями и предпринимателями, - пишет Хикс, - тем в большей сте-пени профсоюзные руководители из агитаторов превраща-ются в коммерческого посредника> [J. Нiсks. The Theory of Wages, p. 147.]. Что же, яснее не скажешь!
Приемы заведомого преувеличения, всяческого выпя-чивания роли профсоюзов в апологетических целях не но-вы, они нередко встречались в буржуазной и реформист-ской литературе прошлого столетия. В своей работе <Брентано contra Маркс> Ф. Энгельс отмечал, что пропасть меж-ду наемными рабочими и капиталистами становится все глубже и шире по мере того, как современная крупная промышленность овладевает всеми отраслями производст-ва. <Но так как г-н Брентано хочет сделать наемного раба довольным наемным рабом, ему приходится колоссально преувеличивать благоприятное влияние охраны труда, со-противления профессиональных союзов, крохоборческого социального законодательства и т. д.; а так как мы имеем возможность противопоставить этим преувеличениям про-стые факты, то он гневается> [К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 22, с. 100. ].
К моменту выхода в свет издания <Теории заработной платы> <простые факты> реальной действительности са-мым наглядным образом входили в конфликт с апологети-ческими схемами. Достаточно вспомнить о том, что в ре-зультате развертывания самою глубокого в истории капи-тализма экономического кризиса безработица достигла невиданных масштабов; пользуясь этим, капиталистиче-ские предприниматели повсеместно прибегали к снижению ставок заработной платы и усилению эксплуатации тех трудящихся, которым удалось сохранить работу. В подоб-ной обстановке автор, разумеется, не мог обойти вопрос о причинах существования безработицы и о том влиянии, которое она оказывает на движение заработной платы.
Впоследствии Хикс с удовлетворением отмечал, что анализ проблемы безработицы в первом издании его <Тео-рии заработной платы> был намного содержательней, чем в вышедшей четырьмя годами позже <Общей теории за-нятости, процента и денег> Кейнса [См.: J. Н i с k s. The Theory of Wages, p. 318.]. Действительно, в первой из этих книг можно найти более обстоятельное описа-ние причин существования различных групп безработных. Как по методологии, так и по общей направленности этот анализ мало отличается от теоретической характеристики безработицы, содержавшейся в работах экономистов кемб-риджской школы (Ф. Эджуорта, А. Пигу и др.) и Кейнса. Буржуазных экономистов этого направления объединял - и до настоящего времени продолжает объединять - тезис о том, что важнейшим фактором существования постоянной безработицы неизменно оказывается нежелание самих трудящихся работать (или их неумение, недостаточная энергичность и т. п.). В <Теории заработной платы> встре-чаются отдельные <зарисовки с натуры>, свидетельствую-щие, например, о резких колебаниях занятости в ряде отраслей [Так, в третьей главе книги отмечается, что в капиталистиче-ской экономике существуют довольно обширные секторы, предъяв-ляющие крайне нерегулярный спрос на рабочую силу; рабочие и служащие, занятые в таких отраслях, особенно часто оказываются за воротами предприятий. В тех случаях, когда удается найти более надежную работу в других секторах экономики, эти люди вы-нуждены соглашаться на самые невыгодные для них условия опла-ты.] , и все же основная линия теоретического анализа, по существу, игнорирует тенденции развития капиталисти-ческого производства, законы капиталистического накоп-ления.
Основную часть нерассасывающейся армии безработ-ных составляют, по утверждению Хикса, те рабочие, ре-зультаты труда которых оказываются недостаточными для того, чтобы претендовать на получение <стандартной> за-работной платы. Некоторым людям <исключительно труд-но приспособиться к требованиям промышленной систе-мы> [J. Hiсks. The Theory of Wages, p. 44.] , другие слишком инертны и не обнаруживают готов-ности к переезду, когда меняется размещение промыш-ленности, и т. п. И хотя в <Теории заработной платы> можно найти краткие упоминания о возможных измене-ниях спроса на рабочую силу - прежде всего сезонных колебаниях (!),-его теоретическая конструкция оказы-вается совершенно непригодной для объяснения скачкообразного увеличения числа рабочих и служащих, лишив-шихся заработка, и существования массовой застойной безработицы на протяжении 30-х годов. Исходя из приводившейся выше аргументации, оставалось, по-видимому, только предположить внезапное распространение некой загадочной эпидемии, связанной с массовым нежеланием работать, исчезновением производственной квалификации, навыков к труду и т. п. Чудовищные лишения, которые испытывали в то время миллионы безработных в различ-ных капиталистических странах, еще наглядней выявляли всю нелепость подобных субъективистских концепций, ав-торы которых пытались взвалить вину за безработицу на трудящихся [Во втором издании <Теории заработной платы> Хикс должен был признать обнаружившийся к концу кризиса 1929-1933 гг. ра-зительный контраст между содержавшимися в книге построениями и реальной действительностью; впрочем, он связывал этот конфликт лишь с неудачным выбором времени издания. На протяжении все-го двадцатого столетия, писал Хикс, невозможно было выбрать худший год для публикации, - <год, когда теория, которую я раз-вивал в своей работе, оказалась бы более неуместной> (J. Hicks. The Theory of Wages, p. 305).].
В первом издании <Теории заработной платы> можно встретить ряд аналитических приемов, которые в после-дующий период, по существу, стали общепринятыми в за-падной экономической литературе. Так, рассматривая из-менения в распределении доходов, Хикс связывает их с процессами замещения между трудом и капиталом и вы-сказывает соображения относительно возможной эластич-ности такого замещения. Характеристики эластичности замещения между трудом и капиталом сегодня использу-ются в теории производственных функций, они играют су-щественную роль в современных буржуазных теориях распределения доходов. Широкое распространение полу-чило хиксианское определение <нейтральности> техниче-ских нововведений (характеристика таких нововведений, осуществление которых не меняет пропорций распределе-ния продукта между факторами производства).
В действительности, однако, по мысли автора <Теории заработной платы>, технический прогресс чаще всего не носит нейтрального характера. Факты капиталистической действительности могут свидетельствовать о том, что при выборе новой техники предприниматели во многих случа-ях предпочитают именно те виды оборудования, которые позволяют сильней всего уменьшить спрос на рабочую силу и тем самым не только сократить часть наемного пер-сонала, но и оказать серьезное давление на зарплату тех рабочих, которым еще удалось сохранить свое место. С мо-мента появления фабричной системы машина, как пока-зал К. Маркс, преднамеренно используется капиталом как враждебная рабочему сила. Переход к более широкому использованию машин и превращение части рабочего насе-ления в относительно избыточное - таков метод, каким капитал быстрее или медленнее реагирует на повышение заработной платы [См.: К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 16, с. 152-153.].
Указанная тенденция получила отражение - в совер-шенно искаженном виде - в концепции <индуцированных нововведений>. Повышение заработной платы (исходный пункт большинства теоретических рассуждений Хикса!) должно, по его словам, приводить в движение <индуцированные нововведения> - такие нововведения, которые обеспечивают более активное замещение труда капиталом. В последующем развитии буржуазной теории, однако, во-прос об экономических и социальных последствиях трудо-сберегающего технического прогресса, по существу, <пото-нул> в нескончаемых спорах о том, насколько правомерно рассматривать результаты таких нововведений как за-мещение в рамках той же агрегатной производствен-ной функции (или же имеет место смещения кривой, переход к иным параметрам производственной функ-ции) .
Теоретические построения Хикса оказали заметное влияние и на последующее развитие неоклассических кон-цепций безработицы. В своих первых статьях и в книге <Теория заработной платы> он пытался выделить в общей массе безработных различные компоненты: ту ее часть, ко-торая входит в активное предложение рабочей силы и ока-зывает непосредственное воздействие на движение рыноч-ных ставок заработной платы, и ту часть, которая хотя и лишена работы, но, по его утверждению, играет на рынках труда <пассивную> роль. Рассуждения подобно-го рода впоследствии получили дальнейшее развитие в теории так называемой естественной нормы безработи-цы [Критический анализ современных буржуазных теорий безра-ботицы содержится в книгах: <Социальная болезнь <номер один>. Как с ней бороться?>. М., 1985; <Критика буржуазных теорий ГМК. Проблемы "смешанной экономики">. М., 1984, гл. 12.].
После выхода в свет <Теории заработной платы> Хикс опубликовал ряд статей в ведущих теоретических журна-лах; две из них - <Еще раз о теории стоимости>, вышед-шая в журнале Экономика в феврале 1934 г., и <Кейнс и "классики''>, вышедшая в журнале ''Эконометрика'' в апреле 1937 г., - будут упоминаться в последующем изложении. В 1939 г. была издана главная его работа, посвященная теории стоимости, - <Стоимость и капитал> (вышедшая за два года до этого в Париже книга Хикса <Математиче-ская теория стоимости> в несколько переработанном виде была включена в математическое приложение к работе <Стоимость и капитал>).
Стоимость и капитал. 20-30-е годы нашего столетия в английской политической экономии обычно считаются <годами высокой теории> - периодом, который характери-зуется <необычайной концентрацией интеллектуальных усилий и появлением множества новых теоретических концепций> [G. Shackle. The Years of High Theory. Invention and Tradition in Economic Thought. 1926-1939. Cambridge, 1967, p. 5. ]. Именно в это время вышли в свет <Трактат о деньгах> (1930) и <Общая теория занятости, процента и денег> (1936) Дж. М. Кейнса, <Экономическая теория несовершенной конкуренции> (1933) Дж. Робинсон, <Торговый цикл> (1936) В. Харрода, <Торговля и кредит> (1928) Р. Хоутри, <Деньги> (1922) и <Банковская политика и уровень цен> (1926) Д. Робертсона, получившие впоследствии широкую известность работы Дж. Мида, Л. Роббинса и Дж. Шэкла. Но и в ряду этих работ книга Хикса <Стоимость и капитал> выделялась широтой и последовательностью теоретического анализа. П. Самуэльсон в своей книге <Основания экономического анализа> писал, что работа Хикса <Стоимость и капитал> займет свое место в истории экономической мысли рядом с классическими работами Курно, Вальраса, Парето и Маршалла [См.: Р. Samuelson. Foundations of Economic Analysis. New York, 1976, p. 141. ].
В последующие годы за книгой <Стоимость и капитал> прочно утвердилась репутация <классического труда>. Она переиздавалась в Англии, была переведена на другие языки. В 1972 г. Хиксу была присуждена (совместно с известным американским экономистом К. Эрроу) Нобелевская премия по экономике <за разработку теории общего равновесия и экономики благосостояния>; а такая характеристика, по мнению самого Хикса, относится к книге <Стоимость и капитал> (1939) и к работам, написанным между 1939 и 1946 годами, - работам, наметившим основные линии той концепции, которую впоследствии стали называть <новой экономикой благосостояния>[J. Hicks. Wealth and Welfare. Collected Essays on Economic Theory, vol. I. Southampton, 1981, p. 11. ]. Выделяя заслуги Хикса в этой области, А. Линдбек, возглавляющий в настоящее время комитет по Нобелевским премиям по экономике, отмечал в качестве важнейшей научной заслуги Хикса разработку микроэкономических основ теории общего равновесия [См.: A. Lindbeck. The Prize in Economic Science in Memo-ry of Alfred Nobel. - Journal of Economic Literature, March 1985,].
Теоретические проблемы, излагаемые в книге <Стоимость и капитал>, более подробно рассматриваются в последующих разделах. Здесь же ограничимся лишь некоторыми самыми общими характеристиками.
В книге <Стоимость и капитал> впервые после Мар-шалла предпринята попытка систематического анализа основ неоклассической теории. В книге содержатся много-численные ссылки на <Принципы политической эконо-мии> [Содержание книги <Стоимость и капитал> свидетельствует о том, что ее автор постоянно ориентировался не только на основные положения <Принципов политической экономии> Маршалла, но и на предлагаемую в этой работе логику исследования. И все же Хикс избирает иную последовательность анализа и изложения полученных результатов (в предисловии он объясняет это стремлением сосредоточить внимание на новых теоретических проблемах). ], и все же свою главную задачу Хикс видел не просто в упорядочении и систематизации положений, вы-сказывавшихся самим Маршаллом и его последователями. Автор книги <Стоимость и капитал> стремится выйти за пределы традиционных схем [Один из комментаторов, Д. Хелм, отмечал парадоксальную на первый взгляд ситуацию, когда выясняется, что Кейнс, выступав-ший в роли <еретика>, на самом деле в большей мере ориентиро-вался на теорию Маршалла, чем Хикс, претендовавший на роль бесспорного продолжателя неоклассических традиций (см.: D Helm Introduction. - The Economics of John Hicks. Oxford, 1984, p. 4).], предлагая при этом не-сколько иную трактовку ряда исходных постулатов нео-классической теории. Постановка некоторых новых про-блем в этой книге определялась и тем, что анализ Хикса в гораздо большей степени, чем у Маршалла и его после-дователей, нацелен на рассмотрение хозяйственных свя-зей в системе общего равновесия.
Основное место в книге <Стоимость и капитал> зани-мают вопросы микроэкономической теории. Анализ носит подчеркнуто индивидуалистический характер. Хикс тща-тельно избегает всяких обобщений, не опирающихся на анализ операций отдельных участников хозяйственного процесса (вроде провозглашенного Кейнсом тезиса об убывающей предельной склонности к потреблению) [Характерно, что и в последние годы Хикс неоднократно от-мечал глубокую пропасть между исследованиями разных уровней в современной академической теории, отсутствие сколько-нибудь прочных микроэкономических оснований, на которые мог бы опе-реться макроэкономический анализ (см., например: J. Hicks. Cau-sality in Economics. Oxford, 1979).]. Во всех теоретических моделях предполагается, что 1) потре-битель поступает таким образом, чтобы обеспечить наи-большие значения своей целевой функции (функции ординалистской полезности), 2) предприниматель максимизирует величину получаемой прибыли. <Стоимость и капи-тал> - одна из первых работ, в которых нашли последова-тельное воплощение максимизационные принципы, лежа-щие в основе современной неоклассической теории [Этим принципам и их <универсальной> роли посвятил свое выступление по случаю вручения Нобелевской премии по экономи-ке П. Самуэльсон (см. Р. Samuelson. Maximum Principles in Analitical Economics.-P. Samuelson. Collected Scientific Pa-pers, vol. III. Cambridge (Mass.), 1972).].
Вместе с тем было бы, по-видимому, неправильным и переоценивать новаторство Хикса, приписывать ему сколь-ко-нибудь решительный пересмотр основополагающих суждений ортодоксальной неоклассической теории. Преж-де всего заметим, что многие положения Хикса служат просто развитием и конкретизацией идей Парето, Эджуор-та и Викселля. Во введении к первому изданию книги ав-тор отмечал, что ряд высказываемых в ней идей был под-готовлен дискуссиями в Лондонской школе экономики в первой половине 30-х гг.; в это время Хикс участвовал в работе семинара (<кружка>) Л. Роббинса, в который вхо-дили также Н. Калдор, Дж. Шэкл, Р. Аллен, А. Лернер и другие известные экономисты. Особенно важно подчеркнуть следующий момент: предпринятая Хиксом <чистка> в сфере теории субъективной полезности носила, как бу-дет показано ниже, весьма ограниченный, во многих слу-чаях чисто поверхностный и непоследовательный характер.
В годы второй мировой войны Дж. Хикс в соавторстве со своей женой Урсулой Хикс и английским экономистом Л. Ростэсом издал книгу <Обложение военного богатства> (1941), а затем - вновь в соавторстве с У. Хикс - работы <Критерии расходов местных органов власти> (1943) и <Бремя налогов, взимаемых в Великобритании местными органами власти> (1945). В них рассматривались наибо-лее острые вопросы функционирования местных бюджетов Англии в условиях военной экономики.
В 1942 г. Дж. Хикс опубликовал книгу <Обществен-ный строй: введение в экономическую теорию>. Эту работу вряд ли можно отнести к числу серьезных монографиче-ских исследований. Книга <Общественный строй...> пред-ставляла собой попытку систематического изложения в популярной форме, основных идей <ортодоксальной> эко-номической науки. Бросалось в глаза не столь привычное построение книги: автор выступал против традиционного разделения вводных курсов на сугубо теоретические и при-кладные. Изложение самих общих понятий (разделение труда, теория стоимости, концепция <национального капи-тала> и др.) чередовалось с рассмотрением ряда конкрет-ных экономических и статистических вопросов (характе-ристика важнейших демографических показателей, методы измерения основного капитала, элементы теории индексов и т. п.).
После выхода в свет книги <Стоимость и капитал> имя Хикса стало пользоваться широкой известностью, и новая работа английского экономиста вскоре стала одним из по-пулярных учебных пособий в английских и американских университетах. К концу 60-х-началу 70-х годов (когда ее потеснили более современные элементарные курсы) книга <Общественный строй...> выдержала четыре изда-ния. В 1945 г. А. Харт издал в США книгу Хикса, <адап-тированную> применительно к характеристикам амери-канской экономики.
<Вклад в теорию торгового цикла>. Кризис 1948- 1949 гг. опроверг утверждения ряда буржуазных авторов о том, что капиталистическое хозяйство, ступившее в годы второй мировой войны на путь <управляемого развития>, сможет избавиться от кризисов и в послевоенные годы [В краткой главе о торговом цикле, содержащейся в книге <Стоимость и капитал>, Хикс также писал о том, что равномерное движение технических нововведений могло бы избавить капитали-стическую экономику от заметных колебаний, однако он оговаривался, что подобное предположение носит самый общий характер и основывается на весьма зыбких допущениях.]. В опубликованной в 1950 г. монографии <Вклад в теорию торгового цикла> Хикс с самого начала исходит из поло-жения о том, что развитие капиталистической экономики на протяжении последних полутора столетий характери-зовалось - ив последующий период, по-видимому, будет характеризоваться - циклическими колебаниями.
Автор ссылается на разработку элементов теории цик-ла рядом западных экономистов (Дж. М. Кейнс, Р. Фриш и др.), но ни один из них, по мнению Хикса, не смог раз-вить <синтезирующей>, общей теоретической концепции. Важное достоинство концепции, развитой в книге <Вклад в теорию торгового цикла>, ее автор видит прежде всего в том, что она опирается на четко сформулированные прин-ципы экономической динамики: в книге используется тео-ретическая модель хозяйственного роста, предложенная Р. Харродом. Особенности циклического движения в этой концепции, по существу, сводятся к отклонениям от трендовой траектории расширения производства.
Рассматривая стандартную модель взаимодействия мультипликатора и акселератора, предложенную П. Самуэльсоном в 1939 г., Хикс отмечает необходимость ее су-щественной модификации. Некоторые его соображения носят, скорей, <технический> характер[Так, Хикс отмечает, что стандартная модель взаимодействия мультипликатора и акселератора не учитывала асимметричность отношений складывающихся между изменениями производства и капиталовложений: расширение производства способствует росту инвестиций, тогда как сокращение производства не означает дезин-вестирования. Указанное обстоятельство может увеличить продол-жительность (а при определенных условиях - и глубину) цикли-ческого падения производства-соображение, явно навеянное опы-том кризиса 1929-1933 гг. ], однако принци-пиально важным ему представляется введение в теорети-ческие схемы объективных ограничений, на которые неиз-бежно наталкивается процесс расширения производства. В условиях динамичной экономики, разумеется, и сами ограничения претерпевают существенные изменения (сле-дуя терминологии автора, растет высота самого <потол-ка>), и все же спрос на соответствующие факторы произ-водства в ходе циклического подъема расширяется значи-тельно быстрей, чем их предложение. Нетрудно видеть, что подобная трактовка процессов хозяйственного роста в иррациональной форме отражает некоторые острые про-блемы развития английской экономики в условиях второй мировой войны, а также в первые послевоенные годы [В книге <Стоимость и капитал> Хикс выделял два возможных <пути> завершения циклического подъема: переход к денежно-кре-дитным рестрикциям и исчерпание условий дальнейшего расшире-ния производства (последний вариант не сводился просто к нехват-ке производственных ресурсов, а связывался прежде всего с завер-шением основной части ранее намеченных инвестиционных проек-тов). В новой работе кредитно-финансовые аспекты циклического развития как бы отодвигались на второй план; вся энергия подъема приписывалась <взрывному характеру> инвестиций, а последующее циклическое сокращение производства - фи-зической ограниченности производственных ресурсов. Резкое со-кращение кредита могло лишь способствовать циклическому падению хозяйственной активности.
В 70-х годах, однако, растущее влияние монетаристской кон-цепции отражалось, в частности, в том, что некоторые экономисты занялись такой модификацией модели Хикса, которая учитывала бы воздействие денежно-кредитной политики (см., например: D. Lаidlеr. Simultaneous Fluctuations in Prices and Output: a Business Cycle Approach. - Economica, February 1973). Да и сам Хикс, вернувшись через два с половиной десятилетия к той же проблеме, отмечал необходимость более полного учета роли денежных факторов при изучении механизма экономического цикла (см.: J. Hicks. Real and Monetary Factors in Economic Fluctuations.- Scottish Journal of Political Economy, November, 1974).].
В рамках указанных предположении Хикс конструиру-ет теоретическую схему цикла, выделяя следующие четы-ре фазы: 1) подъем, на протяжении которого производство расширяется от низшей равновесной точки (достигнутой в фазе депрессии) до столкновения с <потолком> ограни-чений; 2) предельный бум (Full Boom), когда производство движется вдоль ограничивающей траектории; 3) падение производства (автор тщательно избегает понятия <цикли-ческий кризис>, используя термин <кризис> лишь для ха-рактеристики сильных потрясений в кредитно-денежной сфере); 4) после того как продолжительное падение произ-водства достигло низшей точки, наступает фаза депрессии, когда наконец устанавливается равновесие экономических сил. Таким образом, уже в самой характеристике фаз цик-ла проявляются теоретическая узость концепции, трактовка цикла как некой совокупности отклонений от равновесной траектории: лишь пребывание в фазе депрессии могло бы обеспечить экономике достаточную устойчивость [<С того момента как начинается фаза депрессии, система приходит в равновесное состояние; такое равновесие устойчиво, и простые изменения психологической атмосферы не могут вызвать отклонение от этого равновесия. Для того чтобы сместить экономику вверх от равновесной точки, требуется что-либо более сущест-венное; в противном случае оживление может дожидаться назна-ченного часа> (J. Hicks. A Contribution to the Theory of the Trade Cycle. Oxford, 1950, p. 120). ].
Распространение концепции Самуэльсона - Хикса зна-меновало углублявшийся кризис психологической теории цикла, занимавшей важное место в работах представителей кембриджской школы (прежде всего в работе <Промышленные колебания> А. Пигу). Стремясь как-то огра-ничить полумистическую роль настроений, неуловимых оттенков предпринимательской психологии, эти авторы выдвинули в центр анализа некоторые вполне <осязае-мые>, лежащие на поверхности технические изменения (нововведения) и складывающиеся технико-экономические соотношения [В книге <Стоимость и капитал> еще можно было проследить известное влияние психологической теории цикла Пигу. Рассматривая границы циклического подъема, Хикс видел одну из возможных причин развертывания кризиса в том, что сама продолжи-тельность периода, на протяжении которого производство расши-рялось, обусловливает смену оптимистических настроений пред-принимателей пессимистическими. Особенно большую роль в сме-не ожиданий играет, по мнению автора, следующее обстоятель-ство: в ряде важных секторов экономики рыночный спрос обычно расширяется значительно медленней, чем предполагалось, что вызывает <разочарование> со стороны предпринимателей (см. гл. XXIV).
В книге, посвященной теории цикла, более четко сформулировано желание автора отмежеваться от подобных произвольных по-строений и чисто субъективных трактовок. <Мы показываем, - пи-шет Хикс через 11 лет после выхода в свет книги <Стоимость и капитал>,-что сам цикл, который представляет собой в нашей трактовке периодические колебания производства, может получить объяснение в простых реакциях предпринимателей и потребите-лей; эти реакции не носят чисто психологического характера в ка-ком-то мистическом смысле, они основаны на необходимых с тех-нической точки зрения соотношениях, которые складываются в экономике, использующей капитал> (J. Hicks. A Contribution of Trade Cycle, p. 117).].
Такой поворот в развитии теории цикла должен был, по замыслу сторонников новых концепций, свидетельствовать. о большей реалистичности их подхода. На практике, одна-ко, с самого начала выявилась внутренняя ограниченность. подобного метода. И дело даже не столько в пресловутых ссылках Хикса на исчерпание ресурсов рабочей силы к концу подъема как на важнейший фактор, обусловливаю-щий последующее циклическое падение производства, хотя при существовании не рассасывающейся ни при какой конъюнктуре армии безработных - армии, которая на про-тяжении последних десятилетий постепенно расширя-лась, - подобные ссылки выглядят не менее загадочно, чем апеллирование к некой искони присущей человече-ской психологии смене волн оптимизма и пессимизма. Дело прежде всего в самой методологии анализа, отра-жающей фетишизацию капиталистических отношений. В свое время К. Маркс отмечал, что в условиях буржуаз-ного строя капитал все больше и больше приобретает вещный облик, все больше из отношения превращается в вещь, - <в вещь, обладающую фиктивной жизнью и само-стоятельностью, вступающую в отношение с самой собой... Это есть форма его действительности, или, точнее, форма его действительного существования. И в этой именно фор-ме он живет в сознании его носителей, капиталистов, отражается в их представлениях> [К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 26, ч. III, с. 507. ]. В центре внимания со-временных буржуазных экономистов оказываются не те ко-ренные черты капиталистической системы, с которыми ор-ганично связано само существование циклических колеба-ний хозяйственной активности [В некоторых случаях Хикс пытается обнаружить симптомы цикла в голландской экономике XVI века (см.: J. Hicks. Economic 'Perspectives. Further Essays on Money and Growth. Oxford, 1977. p. 56).], а некоторые - подчас произвольно вырванные из общего контекста - технико-экономические соотношения, например сильно упрощен-ная в своем аналитическом виде зависимость между раз-мерами капитала в товарной и производительной формах (модель акселератора), - зависимость, в которой, выра-жаясь словами К. Маркса, капитал-вещь обладает фик-тивной жизнью и вступает в отношение с самой собой. Анализ тех или иных конкретных пропорций может ока-заться плодотворным лишь в том случае, когда он сопро-вождается выявлением роли этих соотношений во всей системе воспроизводства общественного капитала, в меха-низме обострения его внутренних противоречий.
Нельзя не заметить, конечно, и встречающуюся в книге оговорку, выражающую сомнения самого автора в плодо-творности использования такого понятия, как <потолок, связанный с достижением полной занятости>. Однако эта оговорка по существу ничего не меняет. <И все же, - пи-шет далее Хикс, - предположение относительно сущест-вования жесткого барьера представляет собой удобное упрощение, которое послужит нашим целям до тех пор, пока мы не будем готовы заменить его чем-нибудь луч-шим> [J. Hicks. A Contribution to the Theory on of the Trade Cyc-le, p. 96. ], и в последующем изложении развивает весьма примитивную концепцию <жесткого барьера>. Поскольку же такие ограничения задаются в натуральной форме и оказывают непосредственное влияние на физический объем производства, тогда как базовая модель взаимодей-ствия сформулирована в денежной форме, это неизбежно порождает дополнительные проблемы, с особой рельеф-ностью выявляя недостаточную определенность теоретиче-ской модели, отсутствие в ней каких-либо характеристик циклического движения цен [Более подробный критический анализ моделей экономического цикла, разработанный Хиксом, содержится в кн.: С. Аукуционек. Современные буржуазные теории и модели цикла: критиче-ский анализ. М., 1984, с. 59-66.].
Более того, сами уравнения, приводимые в книге, в лучшем случае характеризовали лишь отдельные - не всегда самые важные, даже с точки зрения автора, - элементы циклического механизма. Возвращаясь к этим схемам почти через три десятилетия, Хикс отмечал, что в результате модификации предпосылок Харрода и Самуэльсона модель <меняет свой характер. Она перестает быть такой математической моделью, которая может быть разумно использована для формулирования гипотез в эконометрической форме> [J. Hicks. Economic Perspectives. Further Essays on Money and Growth. Oxford, 1977, p. 180.] . Книга Хикса - равно как и вышедшие в 50-х годах публикации Э. Лундберга, Дж. Дьюзенберри, Р. А. Гордона - знаменовала завершение важного этапа эволюции буржуазной теории цикла. Указанные авторы признавали неизбежность циклических колебаний хозяйственной активности и связывали эти колебания с взаимодействием ряда процессов, протекающих в <реальном секторе экономики> (изменения автономных и индуцированных инвестиций, движение спроса и предложения на рынках факторов производства и т. п.). Начиная с 60-х годов <реанимируются> и возрождаются на новой теоретической базе концепции, выводящие экономический цикл из неравномерно расширяющегося предложения денег и всевозможных просчетов денежно-кредитной политики (монетаристская трактовка цикла М. Фридмена, теория <равновесного цикла> Р. Лукаса и др.). Концепция Хикса оказалась как бы отодвинутой на задний план, и в современной западной литературе, посвященной теории экономического цикла, гораздо реже, чем прежде, можно встретить упоминание о книге <Вклад в теорию торгового цикла>. В 50-60-х годах Хикс вновь возвращается к центральным, по его мнению, вопросам экономической теории - вопросам теории стоимости и к характеристике природы капитала. В 1956 г. он опубликовал работу <Пересмотр теории спроса> (второе издание-1959 г.), а в 1965 г. издал книгу <Капитал и экономический рост>.
<Очерки о мировой экономике>. В вышедших в свет в 1959 г. <Очерках о мировой экономике> собран ряд опубликованных ранее в английских журналах статей (очерков). Рассматривая проблемы развития международных экономических отношений в 40-50-х годах, автор в каче-стве долгосрочной цели выдвигает постепенный отказ от нагромождения в торговле многочисленных протекциони-стских барьеров. Хикс стремится к тому, чтобы вновь при-дать академическую респектабельность некогда столь по-пулярному среди английских экономистов лозунгу свобод-ной торговли. В ходе теоретического анализа он должен признать, однако, что традиционной трактовке указанной проблемы (в системе свободной торговли каждый участник максимизирует производство тех товаров, выпуск которых сопряжен с наименьшими сравнительными издержками) недостает убедительности. Представители кембриджской школы (А. Маршалл, А. Пигу) отмечали уже возможность несовпадения <видимых> частных издержек с совокупны-ми общественными издержками на производство какого-либо товара. Приводя пример из области сельскохозяйст-венного производства, когда уровень частных издержек не отражает процессы истощения плодородных почв, Хикс признает, что в таких условиях интенсивное расширение вывоза сельскохозяйственных товаров на деле должно по-влечь за собой усиление разрушительных процессов. Осо-бенно существенными представляются соображения автора относительно неизбежного увеличения различий между <видимыми> и подлинными издержками в условиях <не-совершенной конкуренции> и развития монополистических отношений.
Свои надежды на сохранение отношений свободной конкуренции и ограничение монополии автор связывает с поддержанием режима свободной торговли и увеличением степени <открытости> национальной экономики по отно-шению к мировому рынку. Между тем уже к началу на-шего столетия выявилась полная иллюзорность подобных упований. В. И. Ленин показал, что первые шаги на пути создания монополистических объединений были раньше пройдены странами с высоким охранительным тарифом (Германия, США), но и <Англия с ее системой свободной торговли показала лишь немногим позже тот же основной факт: рождение монополий из концентрации производст-ва> [В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 27, с. 421.]. Волна новых протекционистских ограничений, выра-жавшая подрыв отношений свободной конкуренции, в свою очередь способствовала дальнейшему укреплению позиций монополий, утвердившихся в ключевых отраслях капиталистической экономики. Косвенные признания этого мож-но найти и в книге Хикса: он отмечает, в частности, что рост ограничений в сфере импорта <сам по себе порождает некоторые тенденции, способствующие распространению комбинирования и картелизации защищаемой отрасли, а тем самым сильней ограничивает конкурентные отноше-ния> [J. Hicks. Essays in World Economics. Oxford, 1959, p. 47. ].
В пользу свободной торговли Хикс высказывался еще в своих ранних публикациях, относящихся ко временам Великой депрессии. Через два десятилетия, к началу 60-х годов, многие из прежних высказываний выглядели, по словам английского экономиста, <так, как если бы они принадлежали другому миру>. Серьезные потрясения си-стемы международных экономических отношений между капиталистическими странами вызвали к жизни, как ука-зывается в книге, серию следовавших друг за другом кри-зисов платежного баланса. Резкие изменения в соотноше-нии сил, вызванные второй мировой войной, и трудности первых послевоенных лет порождали ряд дополнительных проблем. В качестве одного из главных средств стимули-рования экспорта и ограничения импорта многие капита-листические страны стремились использовать обесценение своей валюты. При всей сдержанности и академичности изложения Хикс не может не отметить, что важным сред-ством проталкивания американских товаров на рынки за-падноевропейских стран в такой ситуации оказывались и мероприятия, предусмотренные <планом Маршалла> [Ibid., p. 55. ].
Важное место в книге отведено анализу проблем не-уклонного роста цен в послевоенной капиталистической экономике. Именно в этой работе, пожалуй, с наибольшей полнотой изложена теоретическая концепция современной инфляции Хикса. В одном из очерков (<Нестабильность заработной платы>) автор сравнивает между собой раз-личные подходы к определению хозяйственной устойчи-вости. В экономике, характеризующейся постоянным повышением производительности труда, стабильность мо-жет связываться либо с неизменностью денежных доходов и параллельным снижением цен на товары и услуги (<старая стабильность>, по характеристике Хикса), либо ростом доходов [Сразу же заметим, что такое увеличение денежных доходов Хикс неизменно сводит к повышению заработной платы.] и сохранением неизменного уровня цен (<новая стабильность>). Сопоставляя характеристики эко-номического развития в обоих случаях, он показывает, что равновесный уровень ссудного процента в условиях <новой стабильности> оказывается выше, чем при неуклонно сни-жающихся ценах. В этом автор видит одну из причин не-эффективности денежно-кредитной политики - неэффек-тивности, особенно наглядно выявившейся в 30-40-х го-дах нашего столетия. Наиболее сложные проблемы, по мнению автора, <новая стабильность> порождает в сфере движения заработной платы и покупательной способности денег.
При <старой стабильности> как уровень заработной планы, так и ее структура сравнительно вяло реагируют на небольшие изменения, происходящие на рынке рабочей силы: <Сложившиеся отношения между рабочими, а так-же между рабочими и предпринимателями, воплощенные в структуре заработной платы, стали общепринятыми, что в большой мере может объясняться, вероятно, устоявши-мися привычками> [J. Hiсks. Essays in World Economics, p. 112. ]. В обстановке <новой стабильности> такой институциональный механизм, удерживающий зара-ботную плату от чрезмерного роста, перестает функциони-ровать. Повышение заработной платы, перехлестывающее <через край>, становится источником непрекращающегося роста цен.
До тех пор пока существовал золотой стандарт, устой-чивость доходов (<старую стабильность>) обеспечивали сами законы обращения полноценных денег. В новых ус-ловиях на смену золотому стандарту, по словам Хикса, приходит так называемый <трудовой стандарт>. Это неиз-бежно должно повлечь за собой изменение механизма международных расчетов и обострение конфликтов между капиталистическими странами, обнаруживающихся в этой сфере. <Если золотой стандарт носил международный ха-рактер, - читаем мы в этой книге, - то трудовой стандарт ограничен национальными рамками> [Ibid., p. 89.].
Характеристика <трудового стандарта> и тезис о пре-словутой спирали <заработная плата - цены> (неодно-кратно выдвигавшийся и до выхода в свет публикаций Хикса, но сформулированный последним в особенно кате-горичной форме) впоследствии получили чрезвычайно широкое распространение в буржуазной экономической литературе.
Концепция инфляции Хикса содержала ряд реалистич-ных наблюдений. Существенную роль при анализе после-военного роста дороговизны жизни, безусловно, должен играть учет особенностей современного денежного обращения, связанных с крушением золотого стандарта. В этой концепции, по-видимому, значительно преувеличена сте-пень <неподатливости> денежного обращения, та <жест-кость>, которая обнаруживалась в прежних условиях. Од-нако не вызывает сомнений, что в сегодняшней капитали-стической экономике как масса циркулирующих денег, так и скорость их обращения могут в большей степени приспо-сабливаться к движению капиталистических доходов и цен и тем самым как бы <закреплять> их на новом уровне. Привлекает внимание и приводимая в книге характери-стика того пагубного влияния, которое оказывает на капи-талистический механизм международных расчетов нерав-номерный рост цен в различных странах.
Ложным оказывается, однако, центральный тезис всей теоретической конструкции, - тезис, выдвигающий в каче-стве главной и, по существу, единственной причины совре-менной инфляции <чрезмерный> рост заработной платы. В приводимых схемах дальнейшее развитие получают многие соображения, содержавшиеся в <Теории заработной платы> и в книге о торговом цикле. Неравномерный рост производительности труда в различных отраслях и другие изменения в реальном секторе экономики, по утверждению автора, неизменно влекут за собой слишком большое по-вышение заработной платы: при этом во всех рассужде-ниях такого рода просто игнорируется движение дру-гих доходов, прежде всего дохода предпринимателей [Игнорируются и те объективные хозяйственные процессы, которые в условиях капиталистической экономики ограничивают возможный рост реальной заработной платы. Между тем сам Хикс немало писал о том, что, скажем, волна капиталовложений может повлечь за собой резкое повышение пен. В такой ситуации увеличиваются как цены, так и заработная плата в денежном выражении, но при этом заработная плата отстает от роста цен> (J. Hicks. Economic Perspectives. Further Essays on Money and Growth, p. 27).].
В <Очерках о мировой экономике>, как и в предшествую-щих, работах Хикса, вообще не рассматриваются формы экономической реализации капиталистической монополии. <Ключевой участок всей экономики> -это рынок рабочей силы [См.: J. Hicks. Essays in World Economics, p. 137.] . и единственной силой, вызывающей отклонение доходов от равновесного уровня, оказывается выдвигающееся здесь (как и в моделях экономического цикла) на первый план исчерпание наличных резервов рабочей силы [Так, рассматривая особенности развития английской экономики в 50-х годах, автор утверждает, что после 1953 г. она функци-онировала <в непосредственной близости от предела возможного использования рабочей силы> (J. Hicks. Essays in World Econo-mics, p. 136). ] и <давление> организованных рабочих, борющихся за повы-шение своей заработной платы. В логике подобных рас-суждений отчетливо проявляется подлинная социальная направленность современных буржуазных концепций ин-фляции, всячески выгораживающих капиталистические монополии и буржуазное государство и стремящихся взвалить всю вину за инфляцию на рабочий класс.
Буржуазные концепции, связывающие инфляцию с <избыточным> ростом заработной платы, подверглись об-стоятельному критическому анализу в работах советских экономистов [См., например: Критика современных буржуазных теорий финансов, денег и кредита. М., 1978, гл. VII; Критика современ-ной буржуазной политэкономии. М., 1977, гл. III, и др. ]. Ограничимся здесь лишь ссылкой на то, что теоретические построения такого рода противоречат много-численным фактам; они не подтверждаются, кстати ска-зать, даже теми данными, которые приведены в рассмат-риваемой книге. Так, на протяжении 1947-1952 гг., в пе-риод, когда инфляция в Англии развивалась наиболее быстрыми темпами (к 1952 г. розничные цены повысились по сравнению с 1946 г. в среднем на 43%), базовые ставки заработной платы в реальном выражении неуклонно сни-жались. Иными словами, <чрезмерное>, по характеристике буржуазных экономистов, повышение денежных ставок не могло обеспечить рабочим даже сохранения прежнего уровня заработной платы; выраженный в фунтах стерлин-гов с постоянной покупательной способностью, он снизил-ся к 1952 г. (1946 г.= 100) примерно на 6% [См.: J. H i с k s. Essays in World Economics, p. 142.]. Таким об-разом, в ходе послевоенной инфляции имело место такое перераспределение национального дохода и общественного богатства, которое наносило дополнительный материаль-ный ущерб рабочим и служащим, основной массе трудя-щихся.
<Теория экономической истории>. К числу проблем, привлекавших внимание Хикса, всегда относились пробле-мы хозяйственного развития в докапиталистическую эпо-ху. В 1969 г. он опубликовал книгу, посвященную <теории экономической истории>. Пытаясь уточнить само понятие <теория истории>, Хикс весьма скептически отзывается о всех замыслах создания некой грандиозной философии истории в духе О. Шпенглера или А. Тойнби. Он предла-гает более конкретный и прагматичный подход: скорее, речь должна идти, по мнению Хикса, о том, чтобы шире использовать в историческом исследовании некоторые об-щие закономерности, которые сформулированы экономиче-ской теорией. Такой анализ ставит своей целью, как под-черкивает автор, не полное объяснение (описание) того или иного конкретного исторического события, а отыскива-ние общей тенденции, обнаруживающей себя в некоторой <статистической однородности> (statistical uniformity) [В качестве примера он приводит высказывания ряда запад-ных историков, согласно которым среди факторов, вызвавших к жизни Французскую революцию XVIII в., важную роль играли лич-ные особенности Людовика XVI, в частности, его апатия и нежела-ние управлять страной. Такой подход, как утверждает Хикс, по существу исключает саму возможность существования теории исторического процесса. Отвергая подобный подход, автор предлагает видеть во Французской революции <выражение общественных изменений - изменений, которые произошли бы во Франции и при лучшем монархе и которые в не столь явной форме протекали и в других странах> (J. Нiсks. A Theory of Economic History. Oxford, 1969, p. 4).].
Автор стремится преодолеть примитивную антиисто-ричную трактовку категорий капиталистического хозяйст-ва столь часто встречающуюся в работах современных буржуазных экономистов. С явной иронией он пишет, на-пример о тех авторах, которые просто не представляют никаких иных форм организации хозяйственного процесса, кроме рыночных (причем на рынках, по предположению этих экономистов, неизменно должны господствовать отно-шения более или менее <совершенной> конкуренции). Со времени А. Смита разделение труда на предприятии и в рамках всего общества традиционная западная теория связывает, как отмечает Хикс, лишь с развитием рыноч-ных отношений. Все подобные догмы просто противоречат историческим фактам; указывая на это, автор ссылается на примеры разделения труда, существовавшего и в нату-ральных хозяйствах раннего средневековья. Остается лишь напомнить, что за сто с лишним лет до выхода в свет <Теории экономической истории> Хикса К. Маркс дал глубокую, подлинно научную характеристику соотноше-ния между общественным разделением труда и развитием товарного производства. Общественное разделение труда, как показал К. Маркс, <составляет условие существования товарного производства, хотя товарное производство, на-оборот, не является условием существования обществен-ного разделения труда. В древнеиндийской общине труд общественно разделен, но продукты его не становятся то-варами> [К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, с. 50-51. ].
Среди <нерыночных> хозяйств Хикс выделяет два ос-новных типа: экономика, основанная на приказах, и эко-номика, основанная на обычае (хотя во многих историче-ских ситуациях можно было наблюдать одновременно элементы обоих указанных типов хозяйства). Довольно расплывчатую характеристику получает в книге феодаль-ная экономика. Доминирующую роль при феодализме играет хозяйство, основанное на обычае, когда иерархия власти, в том числе экономической власти, опирается на сложившуюся, ставшую привычной структуру обществен-ных отношений. По мнению автора, к феодальным относятся все те общественные системы, которые <не добились особого успеха в превращении армии в гражданское правительство> [J. Hiсks. A Theory of Economic History].
Если же такое превращение состоялось, тогда, по мне-нию автора, осуществляется переход к <бюрократическому обществу>. В бюрократической экономике (например, в императорском Китае) особенно большую роль играли приказания, <команды>, исходившие от верхних эшелонов власти, однако в ней складывались и хозяйственные отно-шения, основанные на обычае. Сосуществование обеих экономических систем - <командной> и основанной на обычае - характеризовалось текучестью, взаимными пере-ходами: в условиях острого кризиса прежних форм хозяйст-венной жизни экономика чаще <смещалась> в направле-нии <командной> системы [В этом случае Хикс использует излюбленный прием А. Тойнби - ссылку на то, что общество столкнулось с очередным <вызо-вом>, реагируя на него усилением бюрократической организаций. Критический анализ подобного подхода содержится в кн.: Ю. Семенов Социальная философия А. Тойнби: критический очерк. М., 1980.], тогда как в обычных (<спокойных>) условиях постепенно возрастала роль хозяйст-венных отношений, основанных на обычае.
Игнорирование во всех этих рассуждениях коренных характеристик того или иного способа производства (соб-ственность на важнейшие условия производства, место различных классов в системе общественного производст-ва и др.) неизбежно открывает дорогу недостаточно кор-ректным с научной точки зрения классификациям и тео-ретическим конструкциям. Особенности развития фео-дального хозяйства, описанные в <Теории экономической истории>, во многих случаях неправомерно распрос-траняются, скажем, и на экономику Древней Греции: производство в рамках античного полиса в книге Хик-са, по существу, отождествляется с производством, со-средоточенным в итальянских городах - Флоренции, Венеции, Генуе и др. на пороге <нового времени>, и т. д.
Много места в книге отведено характеристике форми-ровавшихся рыночных отношений, докапиталистического развития денег и кредита; однако подробный анализ этих вопросов вывел бы нас далеко за пределы основной темы. Отметим лишь, что центральную роль в генезисе капита-лизма, по мнению Хикса, играли процессы формирования такого человека, который во всех своих действиях руко-водствуется соображениями хозяйственной рациональ-ности. В этих рассуждениях явно сказывается косвенное влияние идей М. Вебера и Р. Тони (идей, на которые Хикс прямо ссылается в других работах). Это сказалось, в частности, и на преувеличенной оценке масштабов и осо-бенно значения торговых операций, осуществлявшихся в средневековом обществе. В рецензиях на книгу, написанных специалистами в области экономической истории, от-мечались не только многочисленные <натяжки> и искаже-ния исторической перспективы, но и связь этих искаже-ний с общей концепцией Хикса, с гипертрофированной оценкой той роли, которую играла в докапиталистическую эпоху купеческая деятельность.
В заключении к книге <Теория экономической исто-рии> Хикс отмечает всю серьезность хозяйственных проблем, с которыми сталкивается современный капита-лизм. Перечислив некоторые из этих проблем - инфля-ция, дефициты платежного баланса, расстройство внутрен-него денежного обращения и кризис валютной системы, - он замечает: <Но это всего лишь симптомы, причина лежит глубже> [J. Hiсks. A Theory of Economic History, p. 166. ]. Всю вину за сложившуюся ситуацию автор вновь и вновь пытается возложить на трудящихся, на <непомерные притязания>, которые они предъявляют частным предпринимателям и государству. А заодно в книге обличается <слабость> правительств в развитых капиталистических странах, поскольку они неспособны, по утверждению Хикса, эффективно противостоять требо-ваниям об увеличении социальных ассигнований. Остается лишь заметить, что именно такие рассуждения и легли в основу развернувшегося в последующий период поворота к неоконсерватизму и наступлению на социальные про-граммы в буржуазной экономической (равно как и поли-тической) теории.
<Экономические перспективы...>. В изданной в 1977 г. книге <Экономические перспективы. Новые очерки о день-гах и хозяйственном росте> собран ряд очерков, как бы примыкающих к предшествующим работам Хикса. Один из очерков - <Индустриализм> - перекликается с за-ключительными главами работы <Теория экономиче-ской истории>. Перечисляя в этом очерке проявления <слоновьей болезни>, которую приносит с собой крупная машинная индустрия, автор называет капиталистическую монополию и прямо пишет о монопольном сосредоточении хозяйственной мощи у небольшого числа крупнейших корпораций. Он скептически относится к попыткам огра-ничить частную монополию: в таких случаях обычно при-бегают к огосударствлению корпораций или правительст-венному контролю над их деятельностью, <но горький опыт научил нас тому, что подобные меры представляют собой не более чем попытку поверхностного решения проблемы, они не затрагивают самой проблемы экономической мощи>, - отмечает Хикс [J. Hicks. Economic Perspectives. Further Essays on Money and Growth, p. 37. Подлинный источник концентрации экономиче-ской мощи-концентрации, которая, как отмечалось в одной из работ Хикса, <представляет собой главную угрозу свободе в за-падных государствах>, - он видел не в закономерностях экономи-ческого развития, а в особенностях современной производственной технологии (см.: J. Hicks, A. Manifesto. - Wealth and Welfare. Collected Essays on Economic Theory, vol. 1. Southampton, 1981, p. 139).].
Сразу же вслед за этим появляются пространные рас-суждения о том, что развитие капиталистической промыш-ленности сопровождалось ростом тред-юнионизма, все более широким распространением притязаний рабочих и <чрезмерным> ростом реальной заработной платы [Заслуживает внимания и следующий нюанс: в отличие от ста-тьи о неустойчивости заработной платы, опубликованной в 1956 г., (см.: J. Hicks. Essays in World Economics, p. 105-120), в очерке об индустриализме автор стремится вывести инфляцию из замед-ления процессов экономического роста и протеста рабочих против недостаточного повышения реальных доходов (см.: J. Hicks. Eco-nomic Perspectives. Further Essays on Money and Growth, p. 34-35). В такой модификации схемы инфляции отчетливо обнаруживались как нарастание хозяйственных трудностей в рамках всей капитали-стической экономики в 70-х годах, так и специфические симптомы упоминаемой Хиксом <английской болезни>. ]. Что же касается капиталистической монополии, то она просто исчезает из рассматриваемого далее перечня экономиче-ских и политических сил, оказывающих влияние на дви-жение реальных доходов.
На протяжении 70-х годов в капиталистических стра-нах значительно ускорился рост цен. Инфляция, которая превратилась в <проблему № I>, стала предметом актив-ных теоретических дискуссий. Хикс отмечает и тенденцию к одновременному росту цен и безработицы. <Это новое явление>, - читаем мы в книге [См.: J. Hicks. Economic Perspectives. Further Essays on Money and Growth, p. 46. ]. Излагая теорию денег, автор уделяет много внимания изменениям в механизме внутренних и международных денежных расчетов, происшедшим в 70-х годах, и особенно воздействию этих изменений на движение цен. Централь-ное место в книге <Экономические перспективы...> отведе-но очерку <Опыт развития денежной сферы и теория де-нег>. В этом очерке отмечаются все более серьезные <пере-бои> в функционировании валютной системы. Систему денежных отношений, основанную на Бреттон-Вудском со-глашении, было бы неправильно, по мнению Хикса, счи-тать золотым стандартом. Связь денежного обращения с металлической базой была резко ослаблена уже в 30-х го-дах. <Долларовый стандарт>, воплощенный в Бреттон-Вудской системе, <знаменовал важный шаг в продвижении к чисто кредитной экономике> [Ibid., p. 88.], причем американский доллар служил как бы осью всей кредитной системы.
В новых условиях предложение денег уже не регули-ровалось, как полагает автор, <естественными> хозяйст-венными силами. В обстановке длительного роста цен рыночные процентные ставки неизбежно оказывались ниже равновесного уровня [В книге используется теоретическая схема известного швед-ского экономиста К. Викселля, развитая им в книге <Ссудный про-цент и цены>. В соответствии с этой схемой предполагается, что решающую роль в движении свободных денежных ресурсов игра-ют колебания рыночного процента вокруг <естественного> уровня (см.: К. Wicksell. Interest and Prices. London, 1936). ]. Между тем в <кредитной экономи-ке> движение процента оказывает влияние не только на спрос и предложение ссудного капитала, но и на масштабы денежного обращения. Если рыночный процент отклоняет-ся вниз от равновесного уровня, это влечет за собой куму-лятивное расширение кредитных операций, увеличение массы обращающихся платежных средств, что в свою оче-редь способствует дальнейшему развитию инфляции.
Другой причиной повышения цен в 50-60-х годах слу-жила, по мнению Хикса, сама неравномерность в движе-нии производительности труда в рамках мировой капита-листической экономики. В книге используется элементарная схема: предполагается, что те страны, в которых производительность труда быстро увеличивалась, - на-пример, Япония, ФРГ и др. - получали возможность зна-чительно расширить свой экспорт в остальные государства. В условиях поддержания фиксированных валютных пари-тетов и все большей неуравновешенности платежных ба-лансов это неизбежно должно было, как показывает автор, повлечь за собой дополнительный рост цен в обеих груп-пах капиталистических стран.
Привлекает внимание также следующее обстоятельст-во. Перечисляя основные факторы неуклонного роста цен, Хикс упоминает и свою излюбленную концепцию инфляционных ожиданий и стачечной борьбы рабочего класса (как факторов <независимого> роста заработной платы); однако в новых условиях автор должен был существенно модифицировать прежнюю концепцию инфляционного процесса. Впервые, пожалуй, он более или менее четко формулирует и некоторые возражения против концепции, выводившей рост дороговизны лишь из действия новых политических сил, прежде всего из борьбы организованно-го в профсоюзы рабочего класса за повышение своей зар-платы [Более подробно эти возражения изложены Хиксом в статье: J. Hicks. What is Wrong with Monetarism?- Lloyds Bank Review. October 1975.] (хотя, как будет отмечено ниже, и новая трактовка инфляции Хиксом несет явный отпечаток влияния этой концепции). Теперь он полагает, что в 50-60-х годах, в период господства Бреттон-Вудской системы, <независи-мое> повышение заработной платы не могло считаться важной причиной инфляции в рамках всей мировой капи-талистической экономики, хотя оно могло, по словам Хик-са, играть важную роль в росте дороговизны в отдельных странах (имеется в виду, разумеется, прежде всего Англия).
Девальвация фунта стерлингов в 1967 г. обозначила, как отмечается в книге, первую трещину в Бреттон-Вудской валютной системе, а последовавший затем массовый отход от политики поддержания фиксированных валют-ных паритетов и отказ центрального банка и правительст-ва США от размена долларов на золото знаменовали собой <конец старой эпохи>. Переход развитых капиталистиче-ских стран к режиму свободного плавания валют автор связывает с устранением последнего жесткого ограничения, которое денежное обращение могло воздвигать на пути расширения производства.
Освободившись от этого ограничения, экономика мно-гих государств обнаружила тенденцию к безудержной хо-зяйственной экспансии. Развернувшийся в начале 70-х годов <всеобщий бум> продолжался, однако, немногим более года. Последовавший затем взрыв энергетического и сырьевого кризисов, а также резкое обострение про-довольственной ситуации свидетельствовали о том, что капиталистическое хозяйство в своем развитии натолк-нулось на <барьер>, порождаемый ресурсными ограниче-ниями.
Для того чтобы четче выделить причины ускорения ин-фляционных процессов после крушения Бреттон-Вудской системы, Хикс использует <двухступенчатую> модель це-нообразования. Предполагается, что на рынках сырья (<первичный> сектор) уровень цен регулируется спросом я предложением, тогда как в отраслях, выпускающих го-товый продукт (<вторичный> сектор), цены привязаны к издержкам производства. Инфляционный импульс посте-пенно передается с <нижних> ступеней хозяйственного процесса на <высшие>; при этом совокупный рост цен на-много превосходит первоначальное вздорожание энергети-ческих и сырьевых ресурсов. Сам механизм, связывающий издержки производства готовой продукции с затратами на изготовление используемых узлов, полуфабрикатов и т. п., определяет <мультиплицирование>, усиление исходного импульса.
В схемах Хикса главную роль в этих процессах <мультиплицирования> играют, разумеется, требования рабо-чих, добивающихся поддержания прежних темпов роста своей реальной заработной платы. Именно в <независи-мом> росте заработной платы автор склонен видеть важ-нейший фактор одновременного существования в 70-х го-дах массовой безработицы и инфляции, причем такая ситуация не может быть устранена ни методами денежно-кредитной политики, ни фискальными рычагами [С явным недоверием Хикс относится, в частности, к рекомен-дациям М. Фридмена и других представителей монетаристской тео-рии относительно заранее провозглашаемых и устойчивых темпов роста обращающейся денежной массы. Такие меры, по мнению ав-тора, совершенно недостаточны для обеспечения подлинной хозяй-ственной стабильности. Можно, конечно, представить, что государ-ство, банковская система, множество предпринимателей, профсоюзы и другие участники хозяйственного процесса во всех своих действиях будут исходить лишь из соображений относительно стабильных темпов расширения денежной массы в последующий период. <Не думаю,-иронически замечает Хикс, заключая это рассуждение, - что подобный мир похож на наш реальный мир> (J. Hicks. Economic Perspectives, Further Essays on Money and Growth, p. 112). ]. <Все, чего можно было бы добиться, прибегнув к указанным средствам, - это сделать несколько менее острой одну из проблем за счет дальнейшего обострения другой> [Ibid., p. 104.]. Иными словами, Хикс подводит читателя к мысли о неизбежности выбора в рамках <кривой Филипса> (хотя последняя ни разу прямо не упоминается в книге).
Сопоставляя между собой различные публикации ан-глийского экономиста, нетрудно заметить характерную черту в эволюции его <общей теории>. В каждой следую-щей работе он вводит ряд дополнительных предпосылок (в некоторых случаях он к тому же модифицирует отдель-ные высказанные ранее суждения) и как бы <достраивает> сформулированную ранее концепцию, тем самым приспо-сабливая ее к объяснению новой ситуации. Бросается в глаза, например, что содержащееся в <Экономических перспективах...> утверждение относительно окончательно-го преодоления <денежных барьеров> (в связи с переходом к режиму плавающих валютных курсов) по существу представляет собой дальнейшее развитие тезиса об устранении <оков> золотого стандарта, высказанного еще в <Очерках о мировой экономике> [J.Hiсks. Essays in World Economics, p. 87-96. ].
В энергетическом и сырьевых кризисах 70-х годов Хикс видит дополнительное подтверждение гипотезы о решаю-щей роли физического ограничения (<потолка>), на кото-рое неизбежно наталкивается интенсивное расширение капиталистического производства. Напомним, что эта ги-потеза была подробно изложена автором еще в 1950 г. в книге о теории экономического цикла. Теперь это утверждение просто несколько видоизменяется: утверждается, что при господстве фиксированных валютных паритетов в качестве такого ограничения выступал <барьер полной за-нятости>, а в условиях <плавающих> курсов на первый план может выдвигаться ограниченность энергетических и сырьевых ресурсов.
Критический анализ указанных предпосылок макроэко-номической концепции Хикса был дан в предшествовав-шем изложении. Поэтому, рассматривая его теорию инфля-ции, отметим лишь следующий момент. В большинстве теоретических публикаций буржуазных экономистов, по-священных проблемам инфляции, в том числе и в работах Хикса, предполагается, что на рынках полностью господ-ствуют конкурентные силы, а инфляция представляет со-бой более или менее равномерный рост цен на различные группы товаров и услуг. Структура относительных цен на рынке, характеризующемся <совершенной конкуренцией>, по существу, оказывается просто не затронутой инфляцией (если отвлечься от падения покупательной способности денежных остатков, хранимых участниками хозяйственно-го процесса).
Поскольку же в действительности конкуренция не яв-ляется совершенной, главный ущерб, который наносит инфляция, связан, по утверждению Хикса, с тем, что ры-ночным агентам просто приходится все время пересматри-вать устанавливаемые цены. <Именно это - потеря времени и ухудшение настроения, связанные с непрерывным пересмотром институциональных и квазиинституциональ-ных соглашений, - и является главным возражением, ко-торое должно быть выдвинуто против инфляции> [J. Hicks. Economic Perspectives. Further Essays on Money and Growth, p. 116.]. Воз-ражения подобного рода представляются, мягко говоря, не очень серьезными, и лишь глухое упоминание в последую-щем изложении о <волнениях в сфере трудовых отноше-ний>, которые порождает серьезная инфляция, может дать некоторое представление о подлинных заботах и опасениях автора.
В действительности развитие инфляционных процессов неизменно сопровождалось (и сопровождается) резким уси-лением неравномерности в движении цен на отдельные группы товаров и услуг и, следовательно, существенными изменениями в структуре относительных цен. При этом в кажущемся хаосе многообразных ценовых изменений чаще всего прослеживается отчетливая закономерность: при пе-реходе к новому общему уровню цен капиталистические монополии, утвердившиеся в ключевых отраслях хозяй-ства, используют всю экономическую и политическую мощь для дальнейшего укрепления своих позиций. А ра-бочим и служащим в условиях быстро ускоряющейся ин-фляции чаще всего не удается добиться сколько-нибудь <синхронного> увеличения заработной платы. В этой связи можно сослаться, например, на последствия стремительно-го роста цен во время <гиперинфляции> в Германии и Австрии после первой мировой войны. В ходе инфляции снизился средний уровень заработной платы рабочих и служащих, вместе с тем выросли доходы предпринимате-лей, значительно увеличился удельный вес принадлежа-щего им капитала (в производительной и товарной форме) и имущества землевладельцев в национальном богатстве страны.
<Причинность в экономике>. В 1979 г. Хикс опублико-вал монографию, посвященную методологическим пробле-мам развития современной экономической теории. Для того чтобы точней оценить полемическую направленность этой весьма академичной по стилю изложения работы, на-помним следующее обстоятельство. В 60-70-х годах в за-падной экономической литературе широкое распростране-ние получил довольно примитивный прагматический под-ход, наиболее полно изложенный в работе М. Фридмена <Очерки позитивной экономической теории>, вышедшей в свет в 1953 г. В соответствии с принципами <позитивной экономической теории> ценность - и в определенном смысле истинность - любой концепции не зависит от того, насколько реалистичны исходные предположения и сама логика содержательных построений; более того, чем значи-тельнее теория, тем обычно менее реалистичны, по утвер-ждению Фридмена, ее предпосылки и допущения [См.: М. Friedman. Essays in Positive Economics. Chicago, 1953, p. 14. ]. Значи-тельность теории определяется исключительно качеством ее предсказаний, степенью соответствия между прогноза-ми, сделанными на основе ее предпосылок и моделей, с одной стороны, и реальными фактами - с другой.
Концепция, которую в книге о причинности развивает Хикс, делает главный акцент на <самоценности> самих по себе теоретических конструкций, и в частности на том, на-сколько велико значение анализа причинно-следственных связей. В экономической теории использование абстракт-ных понятий и схем для предсказания будущих событий сопряжено, как отмечает автор, с рядом серьезных труд-ностей. Дело в том, что наступление какого-либо события обычно предполагает наличие целого ряда условий. В кни-ге разграничиваются <сильное> и <слабое> отношения причинности; <сильное> отношение между событиями А и В может иметь место лишь в том случае, если свершения А (причем одного лишь этого условия) достаточно для того, чтобы за ним последовало событие В. Ясно, что хо-зяйственной жизни присущи скорей <слабые> отношения причинности, когда появление события А в каждом случае предопределяется совмещением многих условий - B1, B2, В3, ... Вn. При этом, отмечает автор, причины и следствия могут меняться местами, они могут <сосуществовать> ря-дом друг с другом. До настоящего времени экономическая теория чаще всего имела дело с так называемой статиче-ской причинностью, <когда период, на протяжении которо-го причина действует и вызывает определенный результат, характеризуется бесконечной продолжительностью> [J. Hicks. Causality in Economics. Oxford, 1979, p. 25.].
Отвергая примитивный эмпиризм, Хикс справедливо указывает на необходимость реалистичных предположе-ний, на важность использования такой системы абстракт-ных категорий, которая более или менее адекватно отра-жала бы структуру реального процесса. Однако на протя-жении всей книги ощущается стремление автора отделить рассматриваемые теоретические схемы от прямого <со-прикосновения> с конкретной действительностью. Даже те <слабые> соотношения, которые экономической теории дается отыскать, вообще не могут быть, по его словам, подтверждены или опровергнуты путем сопоставления их с реальными фактами; в результате теоретические рассуж-дения оказываются как бы замкнутыми на себя.
Разумеется, абстрактные схемы экономической теории лишь в редких случаях поддаются такой проверке, кото-рая предполагает непосредственное сопоставление этих схем с теми или иными эмпирическими фактами. Диалек-тическое соотношение, в котором практика выступает в качестве решающего критерия истинности той или иной теоретической концепции, неизбежно носит сложный, опо-средованный характер. Однако отрицание связи между теорией и практикой, отрицание всякой возможности ве-рификации в экономической науке в конечном счете неиз-бежно порождает множество произвольных теоретических суждений. В таком случае просто исчезают какие-либо объективные основания для выбора между альтернатив-ными теоретическими концепциями.
Рассматривая различные формы причинности в хозяй-ственных операциях, автор высказывает ряд содержатель-ных замечаний по поводу некоторых расхожих конструк-ций современной западной экономической теории. Многие из этих конструкций (в том числе некоторые схемы самого Хикса) основаны на отношениях статической причинности, поэтому они непригодны для исследования долгосрочных тенденций в движении изучаемых переменных (ведь такие тенденции не могут быть выявлены путем механического объединения точек, характеризующих отдельные случаи статического равновесия). Статичный подход совершенно неприменим, например, при анализе тенденции накопле-ния капитала, поскольку в ходе самого накопления возни-кают такие дополнительные процессы (изменения), кото-рые просто не могут быть учтены в каждой из статических моделей [J. Hiсks. Causality in Economics, p. 57.]. Но из этого следует, что характеристики равно-весных соотношений между доходами, которые обычно выводят из агрегатных моделей производственной функ-ции - моделей, которые со времени выхода в свет <Теории заработной платы> Хикса обычно используются в запад-ной экономической теории, - не могут использоваться при исследовании проблем хозяйственного роста и долгосроч-ных тенденций в распределении национального дохода.
Отношение к кейнсианской концепции. О чрезвычайной чуткости Хикса к <новым веяниям> в западной экономи-ческой теории могут свидетельствовать и постепенно менявшиеся оценки теории Кейнса. Заметим, что до 1936 г., когда была опубликована книга Кейнса <Общая теория занятости, процента и денег>, оба английских экономиста, как свидетельствуют биографы, не были лично знакомы. Но уже в июньском номере "Экономик джорнэл" за 1936 г. вышла статья-рецензия Хикса, которая называлась <Тео-рия занятости г-на Кейнса> [J. Hicks. Mr. Keynes' Theory of Employment. - Economic Journal, June 1936, p. 147-159. ]. В 1937 г. в апрельском номе-ре журнала Эконометрика Хикс публикует статью о соот-ношении новой концепции Кейнса и <классической> эко-номической теории [ J. Hicks. Mr. Keynes and the "Classics". - Econometrica, Ap-ril 1937, p. 147-159. ], которая впоследствии многократно перепечатывалась в различных сборниках и хрестоматиях.
В статье <Г-н Кейнс и "классики"> Хикс предложил совместно рассмотреть две кривые, одна из которых харак-теризует равновесные соотношения между физическим объ-емом совокупного продукта (дохода) и ссудным процентом, складывающиеся в денежной сфере (кривая Liquidity- Money), а другая-аналогичные соотношения, склады-вающиеся на рынке капитала (кривая Investment-Sa-ving). Пересечение этих кривых определяет равновесные размеры доходаБолее подробно такой подход излагается, например, в кн.: Р. Аллен. Математическая экономия. М., 1963, гл. 2; элементар-ную характеристику соответствующих понятий можно найти в кн.: П. Самуэльсон. Экономика. М., 1964, гл. 29. . Указанная схема отличается от <класси-ческой>, поскольку, во-первых, вводится в рассмотрение <предпочтение ликвидности> (спрос на деньги зависит от уровня процентных ставок) и, во-вторых, масштабы сбере-жений определяются лишь размерами дохода (в уравнении мультипликатора не фигурирует зависимость сбере-жений от уровня процента). Схема Хикса в некоторых случаях <достраивала> те логические связи, которые не были развиты у Кейнса в явной форме; благодаря этому удалось более наглядно представить одну из важнейших идей, содержавшихся в <Общей теории занятости, процен-та и денег>. В письме Хиксу Кейнс сообщил, что нашел статью в журнале "Эконометрика" очень интересной и что у него <по существу нет каких-либо особых критических за-мечаний>[ J. M. Keynes. Collected Writings, vol. XIV. London, 1973, P. 79.]. До настоящего времени западные авторы продолжают превозносить схему Хикса как классический образец четкого выделения главной линии в сложном ла-биринте теоретических рассуждений, содержащихся в <Общей теории занятости, процента и денег> [Один из экономистов следующего поколения так формулиру-ет свои впечатления по поводу статьи Хикса: <Казалось невероятным, что сложные проблемы <Общей теории занятости, процента и денег> могут быть изложены в столь простой форме и столь быст-ро после того, как эта книга была опубликована> (М. Parkin. Modern Macroeconomics. Scarborough (Ontario), 1982, p. 274). ].
В последующий период указанная схема прочно вошла в стандартные учебники макроэкономической теории. Один из видных представителей современной буржуазной политической экономии, Дж. Тобин, охарактеризовал ее как средство для тренировки интуиции, использовавшееся многими профессиональными экономистами. С. Вайнтрауб связывал с выходом этой статьи формирование влиятельного направления <хиксианского кейнсианства>, которое, по его словам, представляет собой более строгую версию теории Кейнса [См.: С. Вайнтрауб. Хиксианское кейнсианство: величие и упадок. - Современная экономическая мысль. М., 1981, с. 102. ].
В 40-50-х годах Хикс использовал в своих теоретиче-ских построениях многие положения кейнсианской концепции. Его <Теоретический вклад в исследование торгово-го цикла> начинался фразой о том, что кейнсианская тео-рия много сделала для того, чтобы помочь нам понять ха-рактер хозяйственных колебаний, но остался невыяснен-ным по крайней мере один вопрос - вопрос о самом эко-номическом цикле [См.: J. Hiсks. A Contribution to the Theory of the Trade Cyc-le, p. 1. ]. Таким образом, как бы подразумева-лось, что хиксианская концепция цикла послужит даль-нейшим развитием кейнсианского подхода к анализу не-устойчивости, внутренне присущей капиталистической эко-номике. В этой связи можно вспомнить и о том, какую важную роль в схемах циклического развития Хикса игра-ет <потолок, который Кейнс называет полной занятостью> [Ibid., p. 83.].
Однако по мере развития послевоенной инфляции, по мере того, как прежнее восторженное отношение к <Общей теории занятости, процента и денег> Кейнса в западной экономической литературе стало уступать место осторож-ным критическим замечаниям, постепенно стала меняться и позиция Хикса. По свидетельству самого Хикса, он осоз-нал необходимость нового подхода к постулатам <Общей теории> во время подготовки к выпуску своей книги <Ка-питал и время> (1965). О существенном смещении акцен-тов в хиксовой оценке кейнсианской теории могло свиде-тельствовать и содержание <Критических очерков денеж-ной теории>, вышедших в свет в 1967 г.
Центральное место в книге занимает курс лекций по монетаристской теории, прочитанных в 1966 г. в Лондон-ской школе экономики. Особое внимание в них уделяется теории денег Кейнса [Анализ кейнсианской концепции содержится и в других очерках. В предисловии Хикс отметает, что имя Кейнса <можно встретить в каждом очерке, содержащемся в этой книге> (J. Hicks. Critical Essays on Monetary Theory. Oxford, 1967, p. IX). ]. Хикс солидаризируется со многими положениями, высказанными в <Общей теории занятости, процента и денег>. Так, следуя за Кейнсом, Хикс выделяет два основных стимула к хранению наличных денег - со-ображения, определяемые размерами дохода, и <деловые> расчеты; однако в <Критических очерках денежной тео-рии> определения Кейнса несколько корректируются.
Хикс обращается к теоретическому понятию <спрос на деньги>, которое особенно часто употребляется представи-телями монетаристской концепции. Спрос на деньги, тре-бующиеся для осуществления хозяйственных сделок, не может, по мнению Хикса, играть ту же роль, какую в нео-классической теории цены играет спрос на товары. В <Кри-тических очерках>. отмечается, что спрос на деньги, тре-бующиеся для покупки товаров и услуг, зависит от объема совершаемых сделок, от их характера (покупка за налич-ные, возможность отсрочки платежа и т. д.). Такой спрос, по существу, не зависит от индивидуальных решений, и ис-пользуемую сумму денег нельзя считать добровольно хранимой. Кроме этой наличности, владелец имущества считает необходимым держать некоторую его часть в лик-видной (денежной) форме; размеры этой части определяются самим участником хозяйственного процесса. В движениях указанного компонента обращения <прояв-ляются денежные потрясения, и политика центрального банка оказывает влияние именно на эту сумму хранимых денег> [ J. Hiсks. Critical Essays on Monetary Theory, p. 15.].
В <Общей теории занятости, процента и денег> вла-дельцы финансовых ресурсов осуществляют свой выбор, исходя, с одной стороны, из <предпочтения ликвидности>, побуждающего хранить денежную наличность, и, с другой - из стремления к увеличению доходов, подталкиваю-щего к покупке облигаций. Подобная характеристика пред-ставляется Хиксу упрощенной. В <Критических очерках> предлагается более общий подход, при котором рассматри-вается процедура формирования <оптимального портфе-ля> финансовых активов [Теоретическая концепция <оптимального портфеля> финан-совых активов к этому времени получила широкую известность под влиянием работ ряда американских экономистов, прежде всего Дж. Тобина и Г. Марковитца (см.: J. Т о bin. Liquidity Preference as a Behavior Toward Risk. - Review of Economic Studies, Februa-ry 1958; H. Markovitz, Portfolio Selection. New York, 1959). В <Критических очерках> Хикс предлагает несколько модифицированную версию этой концепции. ].
На протяжении всей книги Хикс стремится придать идеям Кейнса, высказанным в <Общей теории занятости, процента и денег>, несколько более сбалансированный ха-рактер, представить их как некий частный случай более общей концепции. В <Критических очерках>, например, предполагается, что одной из причин, определявших скеп-тическое отношение Кейнса к возможностям кредитно-де-нежной политики, было игнорирование эффекта реальных кассовых остатков (Хикс обычно именует такую зависи-мость <давлением ликвидности>-liquidity pressure effect). Указанный эффект предполагает, что сокращение реаль-ной величины хранимых ликвидных резервов вынуждает их владельцев дополнительно сократить свои текущие рас-ходы> Полемизируя с рядом западных экономистов (Д. Патинкином и др.), Хикс высказывает соображение об асимметричном харак-тере этого эффекта: при увеличении ликвидных резервов, по-види-мому, не существует столь же явной необходимости в немедленной расширении текущих расходов.]. Дальнейшие рассуждения Хикса строятся следую-щим образом. Расширенное предложение денежных ресур-сов в обстановке начинающегося хозяйственного спада, конечно, могло бы значительно смягчить остроту проблем, порождаемых сокращением совокупного спроса. Однако, если свертывание производства зашло уже достаточно да-леко и хозяйственная активность оказывается в подавлен-ном состоянии, попытки <накачивания> в экономику до-полнительных ликвидных средств вряд ли могут повлечь за собой значительное расширение хозяйственных операций, и в этом случае оказывается оправданным скепти-цизм Кейнса.
Высказывая в осторожной форме поддержку некоторых положений <Общей теории занятости, процента и денег> и особенно <Трактата о деньгах> Кейнса, автор <Критиче-ских очерков> вместе с тем старательно отграничивает свои позиции от получившей широкое распространение <кейнсианской концепции>, которая, по мнению Хикса, отражала реалии 30-х годов и характеризовалась узостью взглядов. <Исходя из книги Кейнса [имеется в виду <Об-щая теория занятости, процента и денег>.-Р. Э.], очень легко представить, что экономика будет функционировать ниже своих возможностей, если ее не подталкивает вперед целенаправленная стимулирующая политика; однако имен-но такая картина мне представляется односторонней> [J. Hicks. Critical Essays on Monetary Theory, p. 169. ].
Опубликовав в 1974 г. цикл лекций, прочитанных в Хельсинки, Хикс дал своей новой книге красноречивое название <Кризис в развитии кейнсианской экономической теории>. Здесь вновь ставится вопрос о том, что политика, направленная на стимулирование экономического роста, на определенном этапе неизбежно ведет к ускоренному раз-витию инфляции. В <Критических очерках денежной теории> Хикс еще именовал такую политику <псевдокейнси-анской>, а правительства, уступающие требованиям боль-шинства населения об увеличении социальных выплат, называл <слабыми> и <нерешительными> [Ibid., p. 171.] . В 1974 г. Хикс уже называет такую политику <кейнсианской>; он отме-чает, что с конца 60-х годов эта политика <вместо того, чтобы обеспечивать реальное продвижение вперед, или экономический рост, что она, как казалось, и делала столь долгое время, стала просто порождать инфляцию. Созда-лось впечатление, что что-то пошло в неправильном на-правлении> [J Hiсks The Crisis in Keynesian Economics. Oxford, 197;>, p.3. ].
Начавшийся пересмотр традиционных постулатов тео-рии Кейнса побудил как сторонников, так и противников этой теории по-новому взглянуть на концепцию <хиксианского кейнсианства>. Американский экономист П. Уэллс замечает, например, что статья Хикса <Г-н Кейнс и "клас-сики">, <несомненно, содержала все, что отсутствовало в <Общей теории>. Не было в ней только одного - самой общей теории> [<Современная экономическая мысль>, с. 161.]. И сам Хикс в 70-х годах счел необходимым подчеркнуть, что в книге <Стоимость и капитал>, вы-шедшей через два года после опубликования этой статьи, он предпочел уже совсем иные формулировки [См.: J. Hicks. The Crisis in Keynesian Economics, p. 6-7. ]. Здесь же Хикс отмечал путаницу и противоречивость утверждений, содержащихся в <Общей теории занятости, процента и де-нег>.
В книге <Кризис в развитии кейнсианской экономиче-ской теории> критическое отношение Хикса к теории Кейнса получило, пожалуй, наиболее развернутые формы. И все же автора этой работы никак нельзя отнести к числу сколько-нибудь последовательных критиков Кейнса. Ско-рее, речь может идти о попытках сохранить сильно по-шатнувшиеся теоретические конструкции, пожертвовав при этом некоторыми наиболее одиозными положениями <Общей теории...>. С конца 60-х годов в западной литера-туре стали появляться работы, ставящие своей целью от-делить скомпрометировавшую себя <кейнсианскую кон-цепцию> от якобы сохраняющей свое научное значение теории Кейнса [Наибольшую известность получила изданная также в Окс-форде монография: A. Leijоnhufvud. On Keynesian Economics and the Economics of Keynes. Oxford, 1968. Критический анализ неокейнсианства содержится в кн.: И. Осадчая. Консерватизм против реформизма. М., 1984, гл. 3. ]. Книга <Кризис в развитии кейнсианской экономической теории>, по существу, примыкает к этой группе работ. Хикс, которого английский экономист Дж. Шэкл однажды назвал <великим технологом> в об-ласти политической экономии [G Shackle The Years of Higs Theory. Invention and Tradi-tion in Economic Thought. 1928-1939. Cambridge, 1967, p. 83. ], в новых условиях стремит-ся употребить все свое <искусство>, чтобы придать <Общей теории...> Кейнса большую общность, отказавшись от неко-торых <чрезмерно пессимистических> оценок, навеянных опытом 30-х годов.
Анализ материала в <Кризисе...> организован по тому же принципу, что и <классическая> схема Хикса: сначала рассматривается движение сбережений и инвестиций, а за-тем предпочтение ликвидности и мотивы хранения денег. Описывая механизм мультипликационного процесса и его границы [Критический анализ предпосылок, на которых основана мо-дель мультипликатора, содержится в кн.: И. Блюмин. Кризис современной буржуазной политической экономии. М., 1959, гл. V.], автор возвращается к идее физической ограни-ченности факторов производства. Ставя в заслугу Кейнсу выделение <барьера полной занятости>, Хикс призывает взглянуть на проблему шире: <Впечатление, которое легко может сложиться у человека, прочитавшего <Общую тео-рию>, сводится к тому, что единственным препятствием для хозяйственного роста, даже для стремительной экспан-сии оказывается нехватка трудовых ресурсов, - такое впе-чатление неверно. Существуют и другие проблемы> [J. Нiсks. The Crisis in Keynesian Economics, p. 29.]. Пер-вой в числе таких проблем он называет наличие соответ-ствующих запасов сырья и материалов. В условиях де-прессивной экономики 30-х годов такие запасы достигали огромных размеров, что и обеспечивало возможности для стимулирования экономики с помощью бюджетной поли-тики (для того, чтобы механизм мультипликатора мог дей-ствовать при постоянных ценах, требуются, как напоми-нает Хикс, <избыточные> запасы). В противном случае мультипликативное расширение спроса неизбежно должно повлечь за собой повышение цен.
Предположение о неизменно стабильном уровне цен, обычно фигурирующее в традиционном изложении кейн-сианских моделей, Хикс отвергает как недопустимое упро-щение. Вместе с тем он отказывается и от предположения о предельной гибкости цен, считая его еще менее реали-стичным. В результате своих рассуждений он вновь при-ходит к двухсекторной модели, однако в отличие от схемы, представленной в книге <Экономические перспективы>, Хикс не связывает здесь гибкие цены лишь с <первичным> сектором экономики. Поскольку базой <негибких> цен яв-ляются <нормальные> (стандартные) издержки, цикличе-ское вздорожание первичных материалов влечет за собой, по словам автора, сравнительно небольшой рост цен на готовую продукцию. Дальнейшее расширение спроса может сопровождаться падением запасов ниже <нормального> уровня и быстрым нарастанием инфляционных процессов.
В трактовке Хиксом теории денег Кейнса явно ощу-щается влияние работы Лейонхувуда: как и последний, Хикс полагает, что Кейнса, вероятно, следует считать мо-нетаристом <в некотором, вероятно весьма узком, смысле этого слова> [Ibid., p. 31-32.]. Однако последователи Кейнса были практи-чески единодушны в своем отрицании роли денежно-кре-дитной политики. В такой ситуации единственным инстру-ментом правительственного макроэкономического регулирования оставался лишь государственный бюджет, и <кейнсианство практически превратилось в фискализм>.
Известно, что в <Общей теории занятости, процента и денег> Кейнс не включал ссудный процент в число важ-нейших переменных, влияющих на поведение частных ин-вестиций. Пытаясь как-то оправдать такой подход, Хикс прибегает к довольно искусственным построениям. Когда Кейнс утверждал, что уровень ссудного процента не влия-ет на размеры инвестиций, он, оказывается, имел в виду не рыночные ставки вообще, а лишь ставки, по которым наи-более надежный заемщик может получить средства взай-мы на длительный срок, т. е. практически ориентировался на процент по правительственным долгосрочным обяза-тельствам. А именно эти процентные ставки в Англии и в США во время депрессии 30-х годов, по утверждению Хикса, действительно не оказывали существенного влия-ния на инвестиционную стратегию предпринимателей.
При подобной интерпретации плодотворной могла бы оказаться лишь такая денежно-кредитная политика, кото-рая действительно обеспечила бы переход к длительному поддержанию низких процентных ставок по всем кредит-ным операциям - краткосрочным и долгосрочным. Однако такому переходу мешают спекулятивные операции денеж-ных капиталистов; именно поэтому, утверждает Хикс, Кейнс в своей теории денег отвел так много места спекуля-тивным операциям. В нынешних условиях, однако, подоб-ный акцент представляется по меньшей мере устаревшим, современная теория денег, как пишет Хикс, уже не может выдвигать в центр своего анализа спекулятивные мотивы.
Хикс ссылается также на следующее обстоятельство. В 30-х годах, когда размеры частных инвестиций были не-велики, большинство частных предпринимателей в своих хозяйственных операциях опирались главным образом на собственные средства (или, если следовать терминологии <Кризиса...>, особенно велика была роль <автократичного сектора>). Однако в нынешних условиях резко возросла роль кредита в финансировании частных капиталовложе-ний (возросло значение хозяйственного сектора, <опираю-щегося на операции овердрафта>). Это неизбежно влечет за собой расширение возможностей денежно-кредитного регулирования.
Особенно много бедствий капиталистической экономике несет, по утверждению Кейнса, чрезмерное <предпочтение ликвидности>. Хикс не оспаривает этого, но резонно за-мечает, что и быстрое развитие инфляции, стремительно <пожирающее> ликвидные резервы, не сулит ничего хоро-шего. Поэтому программы хозяйственного стимулирова-ния, по мнению критика Кейнса, должны быть достаточно осмотрительными.
Хикс всячески стремится отмежеваться от получивших скандальную известность высказываний Кейнса, - выска-зываний, согласно которым <сооружение пирамид, земле-трясения, даже войны могут послужить стимулом к увели-чению богатства...> [Дж. М. Кейнс. Общая теория занятости, процента и денег, с. 196.] . Хикс отмечает, что подобные рассуж-дения могут фигурировать лишь в такой макроэкономиче-ской теории, которая рассматривает самый короткий про-межуток времени [См.: J. Hicks. The Crisis in Keynesian Economics, p. 57. ]. При этом Хикс умалчивает о широком использовании кейнсианской концепции в качестве теоре-тического оправдания гонки вооружений в США и других странах - членах Североатлантического блока. Между тем пронизывающий сегодня всё и вся в империалистических странах милитаризм выступает <как наиболее ходовое средство подстегивания экономики> [Материалы XXVII съезда КПСС. М., 1986, с. 13. ].
Подводя итоги своим рассуждениям, основоположник <хиксианского кейнсианства> пишет о том, что в свете опыта последнего времени кейнсианская экономическая теория <внушает значительно меньше бодрости, чем каза-лось поначалу, в те рассветные времена 1936 г., когда она подавала добрые надежды> [ J. Hicks. The Crisis in Keynesian Economics, p. 84.]. Книга Хикса помимо воли ее автора свидетельствовала о кризисе кейнсианской концеп-ции - самом серьезном кризисе со времени ее возникнове-ния. В этом кризисе проявились не только внутренние противоречия, заложенные в самой теоретической системе, и пороки методологии; провал кейнсианской хозяйствен-ной политики наглядно отражал резкое обострение проти-воречий капиталистической экономики, в том числе стремительное нарастание инфляции, переплетение цик-лических и структурных кризисов и выявившуюся неэф-фективность традиционных методов государственного ре-гулирования.
Теория стоимости. Центральное место в теории Хикса занимает исследование проблемы стоимости и цены товаров. Прежде чем перейти к рассмотрению его концепции, отметим лишь следующий момент: содержание категории <стоимость>, используемой Хиксом и его последова-телями, сильно отличалось от того, что вкладывали в это понятие представители классической политической экономии.
Тенденция к отходу от теории трудовой стоимости и выхолащиванию объективного содержания этой категории обнаружилась уже в первой половине прошлого столетия в работе ряда вульгарных буржуазных экономистов (Сэй, Сениор, Рошер). В последней трети XIX в. широкое рас-пространение получает чисто субъективистская трактовка стоимости. Достаточно сослаться в этой связи на работу <Теория стоимости> одного из представителей австрийской школы-К. Менгера; стоимость, по его словам <есть ха-рактеристика того, насколько важны для нас отдельные товары (или наборы товаров), когда мы осознали, что без владения этими товарами невозможно удовлетворить на-ши потребности> [С. Menger. The Theory of Value. Albuquerque (N. Мех.), 1985, p. 115.]. При подобном подходе дело не ограни-чивалось утверждением, согласно которому стоимость (здесь и далее при рассмотрении современных буржуаз-ных теорий, может быть, несколько точнее было бы упо-треблять термин <ценность>) блага определяется его по-лезностью, - нелегко было даже провести разграничение между понятиями стоимости и субъективной полезности. Субъективистская характеристика, окончательно поры-вавшая с научным определением стоимости, в конечном счете оказывалась замкнутой в самой себе, ее трудно было сомкнуть <напрямую> с какими-либо объективными характеристиками хозяйственного процесса. Поэтому в последующий период центр тяжести в <академической> теории стоимости все более переносился на анализ ры-ночных цен, причем в зависимости от исходных предпо-сылок автора уровень цены более или менее жестко свя-зывался с полезностью и редкостью данного блага. В пер-вые десятилетия XX в. особую популярность завоевала теория частичного равновесия А. Маршалла; в этой тео-рии был достигнут некоторый компромисс между теорией полезности (гл. VI книги II <Принципов политической экономии> называется <Полезность и стоимость>) и из-держек производства (гл. VIII-XI книги V). При этом термин <стоимость> во многих случаях Маршалл употреб-ляет как синоним цены, а <нормальная стоимость> - как обозначение равновесной цены. В гл. IX книги V, напри-мер, можно прочесть, что в конечном счете нормальная стоимость товара должна обеспечивать равновесие между спросом и предложением [См.: А. Маршалл. Принципы политической экономии, т. II, М., 1984, с. 109.] . В последующих работах запад-ных экономистов термин <стоимость> (<ценность>) постепенно все тесней срастался с понятием равновесной цены [Вплоть до нашего времени понятие стоимости в теоретических работах буржуазных авторов трактуется просто как равновесная цена (или цена, устойчиво сохраняющаяся на рынке). Для того чтобы убедиться в этом, достаточно обратиться к весьма академич-ной монографии Ж. Дебре <Теория стоимости> (G. Debгеu. The-ory of Value. New York, 195.9) или к популярным работам, посвя-щенным проблемам стоимости (см., например: М. Allingham. Value. London, 1983). ].
Именно так, по существу, и трактуется понятие стои-мости в статье Хикса и Аллена <Еще раз о теории стои-мости>, опубликованной в. журнале Экономика в 1934 г. [ J. Hicks, R. Alien. A Beconsideration of the Theory of Va-lue. - Economica, February 1934; May 1934.] В первой части этой статьи, написанной Хиксом, предпри-нималась попытка пересмотреть прежние формулировки теории полезности и систематически изложить некоторые соотношения между доходом, спросом и ценами, рассмат-риваемые в микроэкономической теории.
Подробно те же идеи Хикс развивает в книге <Стои-мость и капитал>.
Отправным пунктом своего исследования - в полном соответствии с традициями кембриджской школы - Хикc провозглашает идеи Маршалла. Эти идеи, по мнению Хик-са, послужили основой развития современного микроэко-номического анализа. В начальных строках первой главы Хикс выразил свое отношение к концепции стоимости Маршалла следующим образом: <Книга III <Принципов> Маршалла до сих пор остается последним словом науки в этой области>.
И все же Хикс отчетливо сознавал, что концепция Маршалла содержала и ряд уязвимых с теоретической точ-ки зрения моментов. К их числу относится прежде всего понятие величины субъективной полезности, которым опе-рировал Маршалл. Поэтому справедливость основных положений маршалловской концепции Хикс стремится доказать с помощью менее жестких исходных посылок. В книге <Стоимость и капитал> сохраняются субъекти-вистские акценты в характеристике факторов, воздейст-вующих на формирование цены (достаточно показательно уже само название первой части книги - <Теория субъ-ективной стоимости>), но при рассмотрении проблемы по-лезности Хикс использует более гибкую ординалистскую трактовку, предложенную еще в начале века известным итальянским экономистом В. Парето.
После выхода в свет статей Хикса и Аллена и книги <Стоимость и капитал> ординалистская концепция смогла быстро завоевать господствующие позиции в микроэконо-мической теории. Конечно, было бы явным упрощением полагать вслед за Хиксом, что к настоящему времени <кардинализм изжил себя> [J. Hicks. A Revision of Demand Theory. Oxford, 1956, p. 15.]. На протяжении последних десятилетий в математической экономике были разрабо-таны различные классы теоретических моделей, использу-ющих кардиналистскую трактовку полезности (функция полезности Неймана-Моргенштерна и др.). И все же при анализе ситуаций, исключающих факторы неопределенно-сти и риска, чаще всего используется ординалистская кон-цепция измерения полезности.
Перевод микроэкономического анализа на новые рель-сы неизбежно повлек за собой определенную <чистку> в системе представлений субъективного маржинализма. В опубликованной еще в 1915 г. работе выдающегося ма-тематика и экономиста Е. Е. Слуцкого <К теории сбалан-сированного бюджета потребителя> гедонистическая кон-цепция Джевонса и австрийской школы характеризова-лась как <достаточно спорная> [См.: Е. Слуцкий. К теории сбалансированного бюджета по-требителя.-Экономико-математические методы. Народнохозяйст-венные модели. Теоретические вопросы потребления. М., 1963, с. 267. ]. Ординалистский подход позволил, по словам Слуцкого, сформулировать полезность <в виде чисто эмпирического понятия> [Е. Slutsky. Kritik des Bohm-Bawerkschen Wertbegriffs und seiner Lehre von der MeBbarteit des Wertes. - Schmollers /ahr-bach fur Gesetzgebang. VerwaUung und Vokwirtschaft im Deatschen Reiche, 1927, H. 4, S. 38.], связав эту функ-цию с движением цен и денежных доходов.
Первой <жертвой> перехода к ординализму должна, отмечается в книге <Стоимость и капитал>, стать сама предельная полезность. <Конец предельной полезности?> - такой вопрос был вынесен в заголовок статьи, помещенной за год до выхода в свет книги Хикса о журнале "Экономика". Автор статьи Г. Бернарделли пы-тался спасти категорию предельной полезности, придав ей несколько иное толкование. Вслед за этим в журнале появилась заметка П. Самуэльсона, содержавшая крити-ческий анализ этих попыток. Заметка кончалась так: <И я очень опасаюсь, что ответ на вопрос, поставленный господином Бернарделли, гласит: "Да"> [Р. Samuelson. The End of Marginal Utility: A Note on Dr. Bernardelli's Article. - Economica, February 1939, p. 87.].
В своих рассуждениях Хикс намеренно уклоняется от прямого использования функции полезности, демонстри-руя возможность построения теории рыночного равновесия без этой категории. <Для теории совсем не безразличен вопрос о том, содержит ли она ненужные категории. При-сутствие в теории элементов, не имеющих отношения к рассматриваемой проблеме, лишь затемняет суть дела>, - читаем мы в книге.
Задачи, выдвигаемые Хиксом в книге <Стоимость и капитал>, охватывают гораздо более узкую сферу теоре-тического анализа, чем <Принципы политической эконо-мии> Маршалла. Главная цель исследования состоит, как пишет автор, в том, чтобы вывести <закон рыночного по-ведения>, т. е. закон, определяющий реакцию потребите-ля на изменение рыночных условий. Анализируя характе-ристики кривых спроса, Хикс выявляет нереалистичность исходных постулатов Маршалла: нетрудно показать, на-пример, что предположение о неизменной предельной по-лезности денег фактически равносильно утверждению о том, что изменение дохода потребителя не оказывает влияния на размеры спроса, предъявляемого этим потре-бителем, на любые товары (см. гл. II). Тщательно избе-гая скомпрометированных австрийской школой общетео-ретических построений, автор <Стоимости и капитала> с самого начала выдвигает в центр своего исследования более определенные и четкие рыночные категории - ко-личество покупаемого товара, его цена, доход покупателя и т. п.
Изучение поведения изолированного потребителя-это, как обещает автор, лишь первый шаг к изучению спроса, предъявляемого совокупностью покупателей. В ходе последующего изложения, однако, эта декларация не находит подтверждения: предполагается, по существу, что агрегирование сводится к механическому суммированию данных, относящихся к индивидуальным потребителям, а различные взаимодействия между ними (эффект демон-страции и т. п.) просто не рассматриваются. Да и сам способ, с помощью которого определяются склонности по-требителей, представляется не слишком реалистичным: для каждого товара задается семейство кривых, которое может характеризовать предельные нормы замещения по отношению к любому другому товару.
Поэтому, несмотря на все усилия Хикса, пытающего-ся придать своему анализу большую конкретность, тесней связать его с возможными статистическими исследовани-ями, потребителей, как он и сам признавал впоследствии, никак нельзя считать реальными (<хотя часто они могут выглядеть как реальные люди>). <Это,-по словам Хик-са, - не живые люди, а идеальные образы> [J. Hicks. Wealth and Welfare. Collected Essays on Economic Theory. Vol. 1. Cambridge (Mass.), 1981, p. XIII. ]. В рамках статичных моделей склонности индивидуальных потреби-телей предполагаются заданными наперед и не меняющи-мися на протяжении рассматриваемого периода (если все же допускается, что предпочтения могут меняться, тогда такие изменения, по определению, должны носить <экзо-генный> характер, чаще всего их связывают с действием неэкономических факторов).
Закон спроса. В качестве основного средства анализа Хикс использует так называемые кривые безразличия. Аппарат кривых безразличия был предложен еще в конце XIX в. английским экономистом и статистиком Ф. Эджуортом [F. Edgeworth. Mathematical Psychics. London, 1881, p. 30- 31.]. По его мнению, такие кривые должны представ-лять геометрическое место точек, характеризующихся оди-наковым уровнем полезности. Однако в концепции Эджуорта аппарат кривых безразличия играл сравнительно небольшую роль. Кривые безразличия использовались так-же известным итальянским экономистом В. Парето, при-чем трактовка этих кривых (поверхностей) в его работах существенно изменилась: Парето предложил видеть в них просто отражение неких заранее заданных вкусов и пред-почтений потребителя.
Предпринимая <чистку> теоретических понятий, на-копленных к этому времени буржуазными теориями стои-мости, Хикс предлагает полностью отказаться от исполь-зования одиозного принципа убывающей предельной полезности (ведь вопрос о том, насколько реалистична подобная гипотеза, как отмечается в книге, просто не поддается проверке с помощью научных методов). Для опи-сания рыночного поведения потребителей достаточно использовать более слабую предпосылку - принцип убы-вающей предельной нормы замещения. Сам выбор этой предпосылки обосновывается, по существу, методом <под-гонки задачи под ответ>: теоретическая модель должна дать описание рыночного равновесия, а устойчивое равно-весие возможно лишь на том участке кривой безразличия, на котором предельная норма сбережения уменьшается.
С помощью аппарата кривых безразличия Хиксу удалось наглядно и четко разграничить эффект замещения и эффект дохода (аналитическое описание этих эффектов содержалось еще в опубликованной за двадцать лет до выхода статьи Хикса-Аллена работе Слуцкого о бюдже-те потребителя). Раздельный теоретический анализ эф-фекта замещения и эффекта дохода позволяет отграничить влияние, оказываемое на индивидуальный спрос колебаниями относительных цен от влияния, связанного с изменением реального дохода. Со времени публикации книги <Стоимость и капитал> такое разграничение широко используется в теоретических и прикладных экономиче-ских исследованиях [В ряде работ эти эффекты носят название <хиксианских> - см., например: М. Gisser. Intermediate Price Theory. New York, 1981, p. 73. ].
Алгебраические выражения, характеризующие изменение цен и эффект замещения, имеют противоположные знаки: повышение цен всегда связано с сокращением, а снижение цен - с расширением спроса [При определенных (дополнительных) предпосылках это эк-вивалентно так называемому основному закону спроса А. Маршал-ла, однако маршалловский анализ не позволял выделить эффект дохода, поскольку предельная полезность денег (для потребителя) предполагалась постоянной.].
Эффект дохода зависит от характера распределения доходов и от сложившегося общественного стереотипа по-требления. Если, например, приобретаемый товар отно-сится к числу дешевых и низкокачественных, то значительное повышение реального дохода может привести к сокращению спроса на этот товар (отрицательный эффект дохода); если же, напротив, потребление этого товара ра-нее ограничивалось лишь вследствие недостаточности доходов, то с ростом количества денег у потребителя по-купки данного товара могут расширяться (положительный эффект дохода). Поскольку же расходы на товар, выде-ленный на <карте безразличия>, составляют, по предположению Хикса, лишь небольшую часть общей суммы за-трат, то и эффект дохода, в пределах данных рассужде-ний, должен быть сравнительно невелик.
В обычных условиях эффект замещения и эффект дохо-да действуют в одном и том же направлении. Но в отдельных случаях может складываться ситуация, когда, во-первых, отрицательный эффект дохода выражен достаточно резко и, во-вторых, на данный товар затрачивается значительная часть всего дохода. Тогда отрицательный эффект дохода мо-жет <одержать верх> над эффектом замещения и вызвать парадоксальную на первый взгляд ситуацию, когда, скажем. снижение цены на товар влечет за собой сокращение спроса на этот товар (видимое нарушение <общего закона спроса> А. Маршалла) [См.: А. Маршалл. Принципы политической экономии, т. I. М., 1983, с. 163-164.]. К числу таких ситуаций, в част-ности, относится упоминаемый еще А. Маршаллом <парадокс Гиффена>.
На основе анализа <карт безразличия> Хикс выводит кривые, раздельно характеризующие зависимость потреб-ления от цен (price-consumption curve) и от дохода (income-consumption curve). Конфигурация этих кривых зада-ется условиями равновесия - точками, в которых каждый раз бюджетные линии касаются соответствующих кривых безразличия. Кривые зависимости потребления от цен и дохода должны, по замыслу автора, выполнять роль некоего моста, соединяющего <карты безразличия> с ана-лизом конкретных свойств рыночного спроса. Выяснив за-висимость потребления от цен, можно, например, соста-вить впечатление об эластичности спроса по ценам, а зависимость потребления от дохода характеризует влия-ние эффекта дохода.
Однако уровень цены зависит не только от спроса, но и от предложения, а размеры производства на протяжении более или менее длительного периода в концепции Маршалла-Хикса непосредственно увязываются с издержка-ми производства. Условия равновесия в этой области во многом схожи с соотношениями, формулируемыми в тео-рии спроса: равенству между отношением цен и предель-ной нормой замещения соответствует здесь равенство между отношением цен (на соответствующий фактор про-изводства и готовый продукт) и предельной нормой тран-сформации, а место принципа убывающей предельной нормы замещения занимает принцип убывающей произво-дительности факторов производства. К этому еще добавляется предположение о том, что, начиная с некоторого момента, средние издержки должны обнаружить тенденцию к увеличению.
Взаимодействие между складывающимся рыночным спросом и предложением товаров неизбежно влечет за со-бой изменения в структуре цен (что означает, при прочих равных условиях, изменение угла наклона касательной к кривым безразличия), а это в свою очередь определяет переход к новым соотношениям как в сфере потребительского спроса, так и в сфере производства. Процесс этот будет продолжаться до тех пор, пока не установится рав-новесная структура цен.
Важную роль в работах <Стоимость и капитал> и <Еще раз о теории спроса> играет теоретический анализ принципов перехода от индивидуальных величин к агре-гатным статистическим показателям. Хикс вывел, в част-ности, следующее соотношение: если цены на ряд разно-родных товаров меняются в одинаковой пропорции (ина-че говоря, если их относительные цены продолжают сохранять прежние значения), совокупный спрос на эти товары с формальной точки зрения обладает теми же свойствами, какие присущи спросу на любой из товаров, входящих в рассматриваемый набор. П. Самуэльсон в <Основаниях экономического анализа> считает этот вывод самым важным теоретическим результатом, содержащимся в книге <Стоимость и капитал> [Р. Samuе1sоn. Foundations of Economic Analysis, New York, 1976, p. 130.].
Микроэкономическая теория цены получила дальней-шее развитие в концепции так называемого потребитель-ского излишка. Первые упоминания о существовании та-кого излишка можно найти в работах французского эконо-миста прошлого века Ж. Депюи; в них отмечалось, что полезность построенного моста, по-видимому, должна пре-вышать полезность денег, уплачиваемых потребителем в качестве платы за пользование мостом. Подробная харак-теристика потребительского излишка содержалась в <Принципах политической экономии> А. Маршалла [См.: А. Маршалл. Принципы политической экономии, т. I, с. 191-200. ]. С 20-х годов нашего столетия проблема измерения потре-бительского излишка превратилась в одну из <классиче-ских> проблем микроэкономической теории. Современная трактовка этого вопроса, как принято считать в западной литературе [См., например: A. Bergson. A Note on Consumer's Surplus.- Journal of Economic Literature, March 1975, p. 39. ], восходит к работам Хикса, опубликованным в конце 30-х - первой половине 40-х годов.
В книге <Стоимость и капитал> автор показал, что предположение о неизменной предельной полезности де-нег (игнорирование эффекта дохода) не позволяет точно определить подлинные размеры потребительского излиш-ка после изменения цен. Вводя в рассмотрение эффект дохода, Хикс предложил в качестве аналитического при-ема использовать, скажем, при повышении цен денежную компенсацию (<компенсирующее изменение дохода>). Более детальную разработку этот принцип получил в трех статьях, опубликованных в 1941-1944 годах [ J. Hicks. Rehabilitation of Consumer's Surplus. -Review of Economic Studies, February 1941; J. Hicks. Consumer's Surplus and Index-Numbers. - Review of Economic Studies, October 1942; J. Hicks. Four Consumer's Surpluses. - Review of Economic Stu-dies. Winter 1943.].
В статьях Хикса толкование потребительского излиш-ка приобрело последовательно ординалистский характер. Определение абсолютной его величины должно базиро-ваться на неуловимых субъективных оценках, поэтому английский экономист предлагает использовать лишь их сравнительные характеристики. Так, при переходе к новой ситуации потребительский излишек может уменьшиться или увеличиться; величина соответствующей потери (или дополнительной выгоды) измеряется с помощью денежной компенсации. Хиксианский подход к определению потребительского излишка широко используется в современных исследованиях, основанных на сопоставлении затрат и результатов (cost-benefit analysis).
Понятие потребительского излишка фигурирует также в теории государственных финансов, например при рас-смотрении проблем налогового обложения: Хикс доказы-вал, что косвенные налоги (акцизы) при прочих равных условиях наносят больший ущерб их реальным платель-щикам, чем эквивалентная сумма прямого подоходного налога, поскольку косвенные налоги к тому же поглощают часть потребительского излишка.
Хиксу удалось освободить категорию потребительского излишка от непосредственной связи с кардиналистским измерением полезности и предложить методы денежной оценки этой величины. Однако по сей день концепция из-мерения потребительского излишка продолжает оставаться довольно зыбкой в теоретическом отношении и недоста-точно операбельной для того, чтобы ее можно было ис-пользовать в практических расчетах. Само исходное опре-деление потребительского излишка чрезвычайно статично: при изменении цен и доходов неизбежно возникает, как отмечал Хикс, проблема разграничения различных изме-рений потребительского излишка [Хикс использует для измерения четыре величины (изменения дохода): суммы, компенсирующие изменение количества товара и его цены, <эквиваленты> этих изменений (см.: 1. Hicks. Four Con-sumer's Surpluses. -Review of Economic Studies, Winter 1943, p. 37).].
Для измерения их величин автор прибегает к принципу <компенсирующего изменения дохода> - приему, ши-роко используемому в формальных построениях современ-ной теории благосостояния. Подобный прием позволяет избавиться от некоторых произвольных построений теории субъективной стоимости, но и в этом случае характери-стика потребительского излишка носит весьма условный характер. Напомним, что потребительский излишек, по определению, представляет собой разность между индиви-дуальной оценкой данной единицы товара (суммой, кото-рую тот или иной потребитель, по предположению, готов был бы заплатить за нее при существующей структуре цен, неизменном уровне дохода и т. п.) и рыночной ценой товара. Потребительские излишки для каждого покупате-ля должны различаться между собой, а непрерывные функции индивидуального спроса (в которых учитывается, что спрос данного потребителя зависит не только от цены рассматриваемого товара, но и от цен остальных товаров и от дохода) существуют только в теории. Переход к <под-бору> соответствующей денежной компенсации придает таким оценкам другую форму, но не может лишить их гипотетичного и субъективного характера. Между тем величина образующегося потребительского излишка в современной экономической теории благосостояния долж-на служить практическим критерием приемлемости тех или иных мероприятий правительственной политики.
Кривые безразличия потребителей, а также выводимые на их основе соотношения между потреблением и ценами (доходом) помогают описать процесс формирования ры-ночного спроса при заданных характеристиках потреби-тельского выбора. Параметры, характеризующие эффект замещения и эффект дохода, связаны определенными, лег-ко выводимыми соотношениями с рядом практически на-блюдаемых величин, такими, например, как эластичность спроса по ценам и доходу.
Аппарат кривых безразличия обеспечивал простые средства для наглядного описания потребительского выбора с помощью ординалистской концепции полезности. При этом оказывались излишними многие субъективно-психо-логические пострения австрийской школы и ее последо-вателей [Лишь ознакомившисьс работами предшественниковХикса, писавшими о предельной полезности, можно понять, замечает М. Блауг, <как много было унесено прочь потоком хиксианской ре-волюции> (М. Вlaug. Economic Theory in Retrospect. London, 1964, p. 350).]. <Развитие исследований на базе кривых безраз-личия в работах Слуцкого-Хикса-Аллена, по-видимому, подтвердило, что психология вообще не может помочь совершенствованию аппарата экономической теории или может содействовать этому лишь в весьма малой степе-ни>,-констатирует американский экономист Э. Коутс [A. Coats. Economics and Psychology. - Method and Apprai-sal in Economics. Cambridge, 1976, p. 52. ]. Однако тенденция к ограничению роли произвольных субъективных психологических построений не сопровож-далась содержательным анализом социально-экономиче-ских отношений, стоящих за регистрируемыми эмпириче-ски (или априорно предполагаемыми в теоретических моделях) предпочтениями потребителей. В результате ординалистская теория полезности постепенно сужала сферу содержательного анализа [<Вклад, внесенный за последнее время в исследование проб-лемы, в большой мере связан с критикой того скудного круга ис-тин, которые ранее еще сохранялись в теории полезности> (R. Stгоtz. The Empirical Implications of a Utility Tree. - Econometrica. April 1957, p. 269-270).], просто вынося закономерности, формирующие шкалу индивидуальных склонностей и предпочтений, за пределы экономической теории.
Представители австрийской школы обычно использо-вали категорию полезности применительно к одному хо-зяйственному благу, вырванному из потребительского набора. Между тем полезность данного товара может существенно зависеть от других благ - заменителей или дополняющих товаров, - которыми располагает потреби-тель. В своей книге Хикс предлагает такие критерии для выделения товаров-заменителей или дополняющих това-ров, в которых вообще не используется величина полез-ности (на помощь вновь приходит предельная норма за-мещения) - на сей раз предельная норма замещения де-нег рассматриваемыми товарами. И все же аппарат кривых безразличия, как признает автор, плохо приспо-соблен к учету взаимосвязей внутри товарного мира.
Предположение о выпуклости кривых безразличия, ко-нечно, обладает гораздо большей общностью, чем принцип убывающей полезности. Теперь даже сторонники гедонистской концепции, продолжающие трактовать кривые без-различия как кривые равной полезности, не могут не признать возможность равновесия и при возрастающей полезности одного или нескольких товаров (товарных на-боров) . Однако сам принцип снижающейся нормы взаимо-заменяемости теперь провозглашается столь же <уни-версальным>, как раньше закон убывающей полез-ности [Такой анализ <не дает ответа на вопрос о том, какие товары удовлетворяют критерию выпуклости кривой; без всяких доказа-тельств просто предполагается, что это относится ко всем това-рам>. (L. Phlips. Demand Curves and Product Differentiation. - Kyklos, 1964, Fasc. 3, p. 405).].
Схемы потребительского спроса, разработанные Хик-сом, носят чрезвычайно статичный характер. Развитие производства вызывает к жизни новые товары и вместе с тем порождает новые потребности. Каждый новый то-вар требует не только построения <своей> новой кривой безразличия, но и перестройки <карт безразличия> для многих других товаров. Какие же кривые безразличия будут затронуты? И главное - как будут выглядеть новые <карты безразличия>? Микроэкономическая теория не со-держит (в рамках описанных предпосылок - и не может содержать) ответа на эти вопросы. Ни система <карт безразличия>, ни даже изменения в конфигурации отдельных кривых не могут быть выведены путем чисто теоретических рассуждений.
Одна из содержащихся в книге трактовок кривых безразличия предлагает (вслед за Парето) рассматривать их как информацию относительно склонности потребителя, по-лученную из эмпирических наблюдений. Остается рас-смотреть вопрос о том, как можно было бы вывести опыт-ным путем подобные <карты безразличия> индивидуаль-ного потребителя.
Размеры покупок при данной структуре цен могут определить лишь те точки, в которых бюджетная линия касается кривой безразличия. Но как отыскать остальные точки каждой из кривых? Эти точки характеризуют не-осуществленные возможности оптимальных комбинаций, и реализовать их на следующий раз уже практически не-возможно. В такой ситуации остается только один путь- прямой опрос потребителей. Однако, если даже полагать, что каждый из опрашиваемых покупателей полностью руководствуется мотивами и соображениями, предполагае-мыми данной концепцией, трудно рассчитывать на успех такого опроса.
Ведь полученные ответы в лучшем случае могли бы иметь какой-то практический смысл лишь в небольшой окрестности точки касания (фактической покупки). Трудно рассчитывать на то, что потребитель сможет просто пере-брать в уме различные сочетания товаров и сказать на-перед, как изменятся все его покупки при иных относи-тельных ценах товаров. А ведь составление схем кривых безразличия требует, чтобы потребитель заранее знал не только направление, но и точные количественные харак-теристики таких изменений (например: <Снижение платы за электроэнергию на столько-то процентов повлечет за собой такое-то изменение предельной нормы замещения между лекарствами и рубашками> и т. п.).
Дело еще более осложняется в связи с тем, что в ре-альной жизни индивидуальные предпочтения всегда фор-мируются в неразрывной связи с получаемыми доходами и рыночными ценами, а при построении кривых безраз-личия потребитель должен был бы полностью отвлечься от всех привычных представлений о сравнительной доро-говизне (дешевизне) тех или иных товаров. Между тем сами кривые безразличия и соответствующие им <авто-номные> склонности и предпочтения, как справедливо от-мечается в книге (см. гл. IV), должны быть строго неза-висимыми от уровня товарных цен.
Совсем мало смысла, наконец, в попытках определить таким же образом конфигурацию более высоких кривых безразличия (то есть кривых, соответствующих большим размерам реального дохода). Ведь значительное увеличе-ние доходов неизбежно должно сопровождаться сущест-венными изменениями во всем образе жизни [Указанное обстоятельство должен был признать и такой ак-тивный защитник аппарата кривых безразличия, как В. Парето: он писал, что абсурдно было бы пытаться выяснить у крестьянки, ка-кие бриллианты она предпочла бы в том случае, если бы вдруг по-лучила в свое распоряжение огромное богатство (см.: V. Рaretо. Manuel d'economie politique. Paris, 1927, p. 260). ].
Таким образом, теоретический анализ, базирующийся на ординалистской концепции полезности и кривых без-различия, замыкается в кругу дедуктивных рассуждений. Важнейшие изменения потребительских оценок под дей-ствием таких факторов, как развитие производства, изме-нения дохода и т. д., остаются, по существу, необъясни-мыми в рамках данной теории. Причины этого коренятся прежде всего в трактовке этих потребительских оценок как некоего задаваемого извне <фона>, общих условий формирования равновесной цены.
Между тем такие оценки могут играть роль <автоном-ного> фактора в лучшем случае лишь для достаточно уз-кого класса микроэкономических моделей. Более общий взгляд на проблему приводит к выводу о том, что субъективные оценки покупателя носят лишь относительно автономный характер и зависят прежде всего от объектив-ных условий - от принадлежности данной группы потре-бителей к тому или иному социальному классу, от исто-рических особенностей формирования этого общественного класса, от характера распределения доходов в обществе и т. д.; указанные факторы в свою очередь в решающей степени зависят от господствующей в стране системы об-щественных отношений. К. Маркс заметил по этому поводу: <Конечно, и рабочий, покупающий картофель, и содержанка, покупающая кружева, оба следуют своему собственному мнению. Но различие их мнений объясняет-ся различием положения, занимаемого ими в обществе, а это различное положение в обществе является продуктом организации общества> [К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 4, с. 80.].
Использование кривых безразличия может оказаться действительно полезным лишь тогда, когда обеспечен учет важнейших социально-экономических отношений, вопло-щенных в изучаемом явлении. Так, повышение цен на один и тот же товар может не сопровождаться заметным сокращением покупок наиболее состоятельных потребите-лей; оно вызовет сокращение спроса со стороны других групп и одновременно может повлечь за собой расшире-ние спроса (например, в силу <эффекта Гиффена>), предъявляемого беднейшим населением. Ординалистская теория Хикса может предложить лишь несовершенный формальный аппарат для описания каждого из этих про-цессов, но она не в состоянии дать содержательное соци-ально-экономическое объяснение процессов ломки стерео-типов потребления той или иной социальной группы (или причин их устойчивости в рассматриваемый период).
Особенно важным при оценке теории цен Хикса пред-ставляется следующий момент. Даже если на мгновение предположить, что предлагаемые методы микроэкономи-ческого анализа могут дать достаточно точное описание факторов, непосредственно обусловливающих изменения спроса и предложения на рынке того или иного товара, за пределами рассматриваемых поверхностных явлений и процессов неизбежно остаются глубинные силы, опреде-ляющие движение стоимости товаров, а вместе с тем устойчивые изменения цен. В схемах Хикса такие изме-нения не могут найти места - даже в моделях <динамиче-ской экономики>, рассматриваемых в третьей и четвертой частях книги. Это обстоятельство никак нельзя признать случайностью: автор следует маржиналистской традиции (сам Хикс впоследствии предпочитал называть ее <каталлактической> традицией), в соответствии с которой <эко-номическая теория основывается не на производстве и распределении, а на обмене> [J. Hicks. "Revolutions" in Economics. - Method and Appraisal in Economics. Cambridge, 1976, p. 214.]. Для того чтобы выявить фундаментальные закономерности в движении цен, требу-ется не <теория субъективной стоимости>, а подлинно на-учная теория трудовой стоимости, развитая в работах К. Маркса, Ф. Энгельса и В. И. Ленина. Цена отличается от стоимости не только как номинальное от реального, но, подчеркивал К. Маркс, благодаря тому, что стоимость вы-ступает как закон тех движений, которые совершает цена [См.: К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 46, ч. I, с. 78. ]. <Каким бы образом ни устанавливались и ни регули-ровались первоначально цены различных товаров по отно-шению друг к другу, движение их подчиняется закону стоимости> [ Там же, т. 25, ч. I, с. 194. ].
Теория общего равновесия. К числу важнейших заслуг Хикса обычно относят разработку основ современной тео-рии общего равновесия [См., например: К. Arrow, F. Hah n. General Competitive Analysis. San Francisco, 1971, p. 262, 322. Эта оценка, как отмечалось выше, отражена и в решении о присуждении Хиксу Нобелевской премии по экономике. ]. Вместе с тем внимательный чи-татель книги <Стоимость и капитал>, безусловно, заметит и некоторые особенности трактовки общего равновесия, отличающие автора книги от его многочисленных последо-вателей.
Отмечая недостаточность маршалловского анализа спроса, который опирался на схемы частичного равнове-сия, Хикс указывает на необходимость учета взаимосвя-зей между отдельными экономическими процессами. Про-блемам общего равновесия автор посвящает весь второй раздел книги <Стоимость и капитал>, к этим вопросам он неоднократно возвращается и в последующем изложении (например, в гл. XX-XXII).
Вместе с тем в достаточно сдержанной и академичной форме автор высказывает определенный скептицизм по отношению к становившимся уже в те годы популярными <интеллектуальным играм> с системой уравнений Валь-раса [Критика теории Вальраса и современных буржуазных трак-товок общего равновесия содержится в кн.: Б. Г. Серебряков. Теории экономического равновесия. М., 1973.]. Сомнения Хикса порождены крайне абстрактным характером таких рассуждений, их недостаточной реалис-тичностью. <Другие экономисты менее честолюбивы в тео-ретическом отношении, но они по крайней мере предлагают нам результаты, которые можно использовать при реше-нии насущных проблем>, - саркастически замечает Хикс. Кроме того, схемы Вальраса кажутся английскому экономисту чрезвычайно статичными, они не могут дать представления о том, что произойдет с хозяйствен-ной системой в том случае, если изменятся условия про-изводства или структура спроса.
Изучая систему общего равновесия, Хикс стремится выделить прежде всего проблемы устойчивости рассматриваемой экономической структуры. Изменения в системе цен, по его мнению, должны определяться условиями стабильного равновесия всей системы. В книге <Стоимость и капитал> сформулирован ряд условий, характеризующих стабильность равновесия (см. математическое приложение к главам V-VIII). Однако в книге отсутствуют четко сформулированные предположения относительно динами-ческих процессов, которые могут иметь место в рассмат-риваемой системе.
Вскоре после выхода в свет первого издания работы <Стоимость и капитал> П. Самуэльсон подверг критике определение динамического процесса, данное в этой рабо-те [Так, в начале раздела, посвященного основаниям <динамической экономики>, Хикс относит к динамичным все состояния хозяйственной системы, в которых каждая величина относится к ка-кому-либо определенному моменту времени. П. Самуэльсон показал недостаточность такого определения: например, набор ситуаций статичного равновесия не может приобрести динамичные свойства от того, что каждая из этих ситуаций относится к различным моментам времени. ]. Сформулировав в явном виде предположения, содер-жавшиеся в книге, П. Самуэльсон построил соответствую-щую динамическую модель и продемонстрировал, что ус-ловия Хикса не могут считаться ни необходимыми, ни достаточными для обеспечения устойчивого равновесия динамической системы [См.: Р. Samuelson. The Stability of Equilibrium: Compara-tive Statics and Dynamics. - Econometrtca, April 1941; P. Samuelson. The Stability of Equilibrium: Linear and Non-linear Systems.- Econometrics, January 1942; P. Samuelson. The Relation Between Hicksian Stability and True Dynamic Stability. - Econometrica, June 1944.].
Во втором издании книги <Стоимость и капитал> (и во многих последующих работах) Хикс признал справед-ливость критических замечаний Самуэльсона. Но различия в характеристике условий устойчивости английский эконо-мист связывает прежде всего с различной характеристикой факторов, вызывающих изменения в хозяйственной систе-ме. Так, зависимость цен от избыточного спроса, фигури-рующая в динамичной модели Самуэльсона, носит, по словам Хикса, <механичный> характер; гораздо более су-щественной автору <Стоимости и капиталa> представляет-ся роль ожиданий, прежде всего ожиданий цен, в разви-тии хозяйственных процессов.
Подход Хикса к анализу условий стабильности, по-ви-димому, обладал определенными достоинствами; впоследствии он стал широко использоваться при сравнительной характеристике различных равновесных ситуаций [См., например: К. Arrow, F. Hahn. General Competitive Analysis. San Francisco, 1971, Chapter 10. ]. Спе-циалисты в области математической экономии предложили более строгую формулировку условий стабильности и для модели, непосредственно рассматриваемой в книге <Стоимость и капитал>. Дискуссия об условиях стабильности постепенно приобретала все более техничный характер, расширяя сферу абстрактно-логических <интеллекту-альных игр>. Так, анализируя условия равновесия в стро-го хиксианской системе, американский экономист Д. Макфадден отмечал, что предполагаемая схема движения от одного временного равновесия к другому <не может всерь-ез рассматриваться как эмпирическая модель поведения цен> [D. McFadden. On Hicksian Stability. - Value, Capital and Growth. Papers in Honor of Sir John Hicks. Edinburgh, 1968, p. 348. ].
По мере развертывания этой дискуссии позиция Хикса становилась все более отчужденной. Он все чаще возвра-щался к вопросу о том, что характеристики стабильности в рассматриваемых моделях общего равновесия, как пра-вило, оказываются недостаточно реалистичными. Извест-но, например, что ни существование равновесия, ни дви-жение системы по направлению к нему не могут гаран-тировать того, что система придет в точку равновесия. В самом благоприятном случае, когда система неуклонно приближается к точке равновесия и лишь скорость такого движения невелика, можно, конечно, предположить, что при сохранении всех остальных параметров неизменными (количество имеющихся ресурсов, предпочтения потреби-телей и т. д.) система в конце концов должна была бы прийти к равновесию, но подобные модели, исключающие какие-либо существенные изменения на протяжении дли-тельного времени, как впоследствии заметил сам Хикс, вряд ли могут представлять существенный интерес [J. Hicks. Methods of Dynamic Economics. Oxford, 1985, p. 14-15.].
В книге <Стоимость и капитал> рассматриваются раз-дельно условия общего равновесия в сфере обмена и в cфере производства. Функционирование рыночного меха-низма существенно зависит от характера связей, сложившихся между отдельными товарами (товарными группа-ми). Так, отношения взаимодополняемости придают хозяйственной системе известную жесткость: реакция спроса, скажем, па дополнительное расширение рыночного предложения предполагает сравнительно большее падение цен (меньшую эластичность спроса по ценам).
Переходя к рассмотрению общего равновесия в сфере производства, Хикс выделяет четыре группы рынков: 1) рынок готовых товаров, 2) рынок факторов производ-ства, 3) рынок услуг, которые частные лица оказывают друг другу, и 4) рынок промежуточных продуктов. Основ-ная угроза стабильности хозяйственной системы исходит, как утверждается в книге <Стоимость и капитал>, от эффекта дохода на рынке факторов производства. Далее (главным образом в IV части книги) Хикс воспроизводит в слегка модифицированном виде концепцию, изложенную в предшествующей работе (<Теория заработной платы>): недостаточная гибкость заработной платы влечет за собой дополнительное увеличение безработицы. Однако в рам-ках рассуждений о временном равновесии такая жест-кость может ограничивать размах кумулятивного падения хозяйственной активности (см. гл. XXI).
В то время когда Хикс готовил к выходу свою книгу, капиталистическая экономика, еще не оправившаяся от ударов <Великой депрессии>, оказывалась на пороге нового циклического кризиса. В подобных условиях все рассуждения об устойчивости хозяйственного равновесия особенно плохо увязывались с реальными проблемами развития капиталистической экономики [Примечательно, что Дж. М. Кейнс в письме к Хиксу излагал свою точку зрения на общее равновесие следующим образом: <Бу-ду надеяться, что когда-нибудь сумею убедить Вас: вальрасовская теория и подобные схемы граничат с полной бессмыслицей> (пит. по: R. Glower. Reflection on the Keynesian Perplex. - Zeitschrift far Nationalokonomie, 1975, N 1, S. 4-5).]. Отсюда и черта, отличавшая Хикса от теоретиков, развивавших впоследствии модели общего равновесия на базе неоклассической теории, - проходящее через всю книгу <Стоимость и капитал> ощущение опасности несбалансированного разви-тия и возможных хозяйственных потрясений. Такую угро-зу порождают, по мнению Хикса, прежде всего индивиду-альные ожидания участников хозяйственного процесса, их ненадежность и несогласованность между собой.
Здесь мы сталкиваемся с одним из моментов, в кото-рых наиболее наглядно выявляется <родство> теории Хикса с предшествующими построениями субъективной школы. И дело не только в том, что в обоих случаях усиленно акцентируется роль индивидуальных ожиданий в функ-ционировании хозяйственного процесса; эти ожидания оказываются как бы <привнесенными извне>, они могут вытекать из особенностей индивидуальной психологии и темперамента участников хозяйственного процесса [В последующий период эта линия рассуждений получила дальнейшее интенсивное развитие в буржуазной политической экономии; достаточно напомнить в этой связи о теориях адаптивных и рациональных ожиданий - критический анализ этих концепций содержится в кн.: <Критика буржуазных теорий ГМК. Проблемы "смешанной экономики"> . М., 1984, гл. 11.].
В качестве характеристики индивидуальных прогнозов автор предлагает использовать коэффициент эластичности ценовых ожиданий. Этот коэффициент исчисляется как соотношение между известными к настоящему моменту (фактическими) изменениями цен и ожидаемым измене-нием цен в последующий период. Иными словами, если предприниматель полагает, что в предстоящий период це-ны будут меняться в том же направлении и точно такими же темпами, что и в прошлом, эластичность ожиданий равна единице. Если же, скажем, предполагается, что цены будут повышаться более высокими темпами, чем в истекший период, коэффициент эластичности, по опреде-лению, превышает единицу. В последующий период ха-рактеристики эластичности ожиданий широко использова-лись в работах, посвященных проблемам общего равновесия [См., например: F. Hahn. Equilibrium and Macroeconomics. Oxford, 1984, p. 94.].
На протяжении всей книги <Стоимость и капитал> ав-тор напряженно стремится преодолеть статичность элементарных схем хозяйственного равновесия, господствовавших в ортодоксальной неоклассической теории. Третью и четвертую части работы Хикс специально посвятил проблемам экономической динамики. Впоследствии он харак-теризовал книгу <Стоимость и капитал> как попытку перебросить мост от статичной неоклассической системы к динамическим моделям [См.: The Economics of John Hicks. Oxford, 1984, p. 286.]. Роль главного <динамизирующего> элемента при этом отводилась индивидуальным ожиданиям участников хозяйственного процесса, что не-избежно порождало ряд серьезных проблем. Ограничимся лишь одним примером.
Для того, чтобы как-то <замкнуть> конструируемую теоретическую систему, автор должен допустить влияние текущих операций на ожидания: результаты такого воз-действия, по мнению Хикса, не могут быть отделены слишком большим промежутком времени от импульса, побудившего к пересмотру ожиданий. В результате возни-кает схема, которую в лучшем случае следует признать недостаточно определенной. Когда на протяжении единичного периода (<недели>) система приходит в равновесие, изменения цен должны повлечь за собой новые ожидания, а последние будут оказывать обратное влияние на про-цессы формирования цен. <Именно этот прием, эта улов-ка, которую невозможно обосновать, обрушили динамическую теорию в книге <Стоимость и капитал>. Именно это возвращало анализ вспять к статике и, следовательно, в направлении неоклассической теории>, - впоследствии писал Хикс [J. Hiсks. Economic Perspectives, p. VII.] .
Устойчивость, по мнению Хикса, присуща лишь стати-ческим моделям экономики - моделям, которые не прини-мают в расчет ожиданий участников хозяйственного про-цесса (именно учет ожиданий, по мнению автора книги <Стоимость и капитал>, придает динамический характер модели общего равновесия). Несовпадение индивидуаль-ных ожиданий с реальными итогами хозяйственного раз-вития неизбежно должно порождать <возмущения>, выводящие систему из равновесного состояния или порождающие препятствия на пути к равновесию.
При анализе динамических свойств капиталистической хозяйственной системы особенно четко проступает двой-ственность позиции Хикса. Основное содержание книги Хикса содержит более или менее последовательное разви-тие основных постулатов ортодоксальной неоклассической теории [Джоан Робинсон полагала, что работа <Стоимость и капитал> противостояла кейнсианскому влиянию и в значительной степени способствовала возрождению <неоклассической ортодоксии> (см.: J. Rовinsоn. Economic Heresies. Some Old-Fashioned Questions in Economic Theory. New York, 1971, p. 98).]. И все же через всю книгу проходит тезис о не-устойчивости, внутренне присущей капиталистической экономике по самой ее природе, что до известной степени сближало <Стоимость и капитал> с вышедшей тремя года-ми раньше <Общей теорией занятости, процента и денег> Кейнса [Впоследствии Хикс писал о том, что монография <Стоимость и капитал> готовилась к публикации в тот период (1937-1938 гг.), когда он много писал о новой книге Кейнса; и структура моделей равновесия в работе <Стоимость и капитал> несет определенный отпечаток рассуждений, содержавшихся в <Общей теории> (3. Hicks. Methods of Dynamic Economics, p. 68-69). ]. Сходной оказывалась и трактовка причин неста-бильности капиталистической экономики.
По мнению Хикса, источник этой нестабильности кро-ется в сфере обращения, прежде всего в функционирова-нии денежного рынка. Неустойчивость - <просто свойство денег и ценных бумаг - этих <неуклюжих> (awkward) предметов, которые требуются нам не сами по себе, а лишь как средство покупки товаров в последующий период>. В другом месте, перечисляя возможные при-чины нарушения хозяйственного равновесия, он упоми-нает, правда, несогласованность планов предпринимате-лей и потребителей, однако основное внимание в кни-ге <Стоимость и капитал> уделено той роли, которую должны играть эластичности ценовых ожиданий и ожи-даний перехода к иным процентным ставкам. При этом модели, отражающие это влияние, носят довольно искус-ственный характер: действия участников хозяйственного процесса всецело зависят от прошлых (а не от текущих) ожиданий.
Вместе с тем во всех рассуждениях Хикса по поводу хозяйственного механизма, обеспечивающего установление общего равновесия, решающую роль играет предпосылка <совершенной конкуренции>. В последующий период осо-бую известность получил его тезис, согласно которому отказ от условия совершенной конкуренции должен на-нести ущерб большей части экономической теории. В те годы Хикс еще не допускал возможности использования концепции несовершенной конкуренции [J. Hicks. Economic Perspectives, p. VI. Так, автор книги <Стоимость и капитал> неоднократно ссылается на работу Дж. Робинсон <Экономическая теория несовершенной конкуренции>, но ни разу не высказывает согласия с <еретичной> в те времена идеей распространенности несовершенной конкуренции.].
Однако факты, свидетельствующие о подрыве отноше-ний свободной конкуренции во всех промышленно развитых капиталистических странах, становились все более многочисленными и очевидными; теоретические модели, рассматривающие лишь отношения совершенной конкуренции, постепенно стали подвергаться сомнению и в бур-жуазной экономической литературе. Это не могло не отра-зиться и на позициях Хикса. Через четыре десятилетия он должен был прямо заявить о том, что в книге <Стоимость и капитал> он <столь нелепо преувеличивал роль постулата совершенной конкуренции>, между тем как для нефинансового сектора экономики типичны, скорее, рынки, характеризующиеся господством несовершенной конкуренции. И предположение о совершенной эластич-ности цен, столь широко использующееся в книге <Стоимость и капитал>, автор книги признал впоследствии со-вершенно нереалистичным.
Пересмотр этих постулатов побудил Хикса по-новому взглянуть и на проблемы общего равновесия. В 1976 г. он отмечал, что точка зрения, высказанная в книге <Стоимость и капитал>, может быть названа <неовальрасианской>. Между тем предположения о рыночных структу-рах, которые в свое время использовал Вальрас, теперь представляются Хиксу не слишком реалистичными. <И если нет каких-либо свидетельств того, что действи-тельно существовали рынки, функционировавшие таким образом, и Вальрас вполне мог знать о них, то остается предположить, что он просто изобрел такую рыночную структуру специально, для того чтобы обеспечить тем самым "правильный" ответ> [The Economics of John Hicks, p. 277.].
В работе <Капитал и экономический рост> (и особенно в <Методах динамической экономики>) Хикс высказыва-ет критические замечания по поводу моделей общего рав-новесия, считая их <слишком материалистичными>, по-скольку все действия участников хозяйственного процесса жестко детерминированы внешними рыночными силами. Больший интерес, по его мнению, должен представлять анализ неравновесных ситуаций, когда некоторые пере-менные могут продолжительное время отклоняться от <желательного> уровня; такую ситуацию Хикс чаще всего связывает с недостаточной подвижностью цен.
В работе <Капитал и экономический рост> Хикс впер-вые предложил двухсекторную модель, в которой преду-сматривается взаимодействие между рынками различного типа. На некоторых рынках цены обладают достаточной гибкостью (flexprice markets), тогда как на других рын-ках цены в гораздо меньшей степени реагируют на текущие изменения спроса (fixprice markets). В последнем случае изменения цен отражают прежде всего влияние внешних (<экзогенных>) импульсов [См.: J. Hicks. Capital and Growth. Oxford, 1985, Ch. 1.] . На рынках, харак-теризующихся негибкими ценами, товарные запасы могут превышать уровень конкурентного равновесия. Двухсек-торная модель получила, как отмечалось выше, дальней-шее развитие в книгах <Кризис в развитии кейнсианской экономической теории> и <Экономические перспективы>. В работе <Причинность в экономике> Хикс указывал, что в схемах общего равновесия нужно учитывать не просто, казалось бы, <технические обстоятельства>, связанные с недостаточной гибкостью цен, но возможность сосредото-чения экономической мощи в результате объединения не-которых участников хозяйственного процесса и извлече-ние монопольных прибылей [J. Hiсks. Causality in Economics, p. 79.].
Аналитический аппарат теории общего равновесия не содержит - и не может содержать - информацию о дви-жении каких-либо доходов, не совпадающих с ценами кон-курентного равновесия. Более того, в схемах общего равновесия производство вообще утрачивает специфически капиталистические черты: в соответствии с традиционны-ми принципами маржиналистской концепции в равновес-ной ситуации просто исключается существование пред-принимательского дохода, присваиваемого промышленным капиталом.
Наиболее важным заключением экономической дина-мики, как пишет Хикс в гл. XX книги <Стоимость и капитал>, является следующий вывод: если эластичность. ценовых ожиданий превышает единицу (или даже равна единице), и при этом уровень процентных ставок остает-ся неизменным, то хозяйственная система не обладает стабильностью. Нетрудно видеть, что характеристика такого рода близки к тавтологии, если при этом предпола-гать вслед за автором, что существуют условия, при кото-рых эти ценовые ожидания действительно могут реализо-ваться в неуклонном ускорении инфляционных процессов.
В действительности, однако, это зависит также от мно-жества других факторов - от условий воспроизводства и движения удельных издержек, циклического изменения спроса, размеров денежного обращения и т. д. Да и в рам-ках принципа общего равновесия нетрудно сконструировать класс моделей, в которых равновесие будет стабильным даже тогда, когда коэффициенты ценовых ожиданий для многих товаров будут превышать единицу [См., например: К, Arrow, F. H a h n. General Competitive Analysis, p. 312-313. ]. Ясно, что условия стабильности в динамической модели никак не могут сводиться лишь к характеристике ценовых (или ка-ких-либо других) ожиданий.
Вне сферы исследования при таком подходе оказыва-ется наиболее существенный вопрос - вопрос о внутрен-них закономерностях развития капиталистического про-изводства. Между тем именно объективные закономерно-сти циклического движения производства обусловливали повышение цен в фазах оживления и подъема и тем са-мым способствовали распространению повышательных це-новых ожиданий, предшествовавших кризисным потрясениям (особенно четко эти тенденции выявились в обста-новке так называемой стагфляции 70-х-начала 80-х годов). Поверхность буржуазной политической экономии обнаруживается, как заметил К. Маркс, между прочим в том, что простые симптомы сменяющихся периодов промышленного цикла она признает их причинами[См.: К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, с. 647. ].
Классический образец подлинно целостного подхода, позволяющего охватить многообразные хозяйственные процессы и исследовать сложную совокупность связей между ними, демонстрирует теоретический анализ обще-ственного воспроизводства в работах К. Маркса, Ф. Энгель-са и В. И. Ленина. Советские экономисты, использовавшие в своих исследованиях математический аппарат общего равновесия, смогли получить содержательные результаты, характеризующие условия сбалансированного экономиче-ского роста, критерии наилучшего выбора инвестиционных проектов и др.[См., например: В. Макаров, А. Рубинов. <Математиче-ская теория экономической динамики и равновесия>. М.. 1973; В. Волконский. <Модель оптимального планирования взаимо-связи экономических показателей>. М., 1967; В. Полтерович. <Эффективный равновесный рост при переменном дисконте>.-Ма-тематическая экономика и экстремальные задачи. М.. 1984; В. Данилов. <Невальрасово равновесие и обобщенная лемма Гейла>.- Там же.]
<Еще раз о теории спроса>. Подход, развитый Хиксом в работе <Стоимость и капитал>, сохранял в качестве важ-нейшей предпосылки тезис о максимизации каждым потребителем функции полезности. Но оставался открытым вопрос о том, в какой мере реальные действия участников хозяйственного процесса соответствуют этим предположе-ниям [<В успехе, который, казалось, содержал анализ на основе кривых безразличия, было, однако, нечто иллюзорное... Главная трудность заключалась как раз в том, как интерпретировать аксиому <человек максимизирует полезность>. (I. Little. A Critique of Welfare Economics. Oxford, 1957, p. 21). ]. К тому же аппарат кривых безразличия оказывался в основном иллюстративной конструкцией. Все попыт-ки построения этих кривых на базе конкретного эмпири-ческого материала, как отмечалось выше, на практике не-избежно должны были натолкнуться на неисчислимые трудности.
В 1956 г. Хикс опубликовал новую работу, носившую заголовок <Еще раз о теории спроса>. Автор стремился развить более общую теорию спроса, которая была бы из-бавлена от ограничений, связанных с использованием кри-вых безразличия. Так, часть прежних ограничений отпадает в связи с тем, что теперь предполагается лишь существование отдельных точек, характеризующих без-различие покупателя при выборе между определенными количествами каких-то двух товаров или двумя товарными наборами (indifferent positions).
Одним из факторов, побудивших Хикса к пересмотру прежних взглядов, явилось, по-видимому, распространение в первое послевоенное десятилетие теории выявленных предпочтений [См., например: Р. Samuelson. Consumption Theory in Terms of Revealed Preference.-Economica, July 1943; H. Houthakker. Revealed Preference and Utility Function. - Economica, May, 1950. Критический анализ теории выявленных предпочтений содержится в кн.: К. Козлова, Р. Энтов. Теория цены. М., 1972, гл. 3.]. Влияние этой теории сказалось, в частно-сти, в том, что в книге <Пересмотр теории спроса> автор делает значительно меньший упор на отношение безраз-личия и уделяет основное внимание выявлению индивиду-альной школы предпочтений и анализу условий непроти-воречивости предпочтений.
Однако Хикса не увлекал логико-математический ана-лиз возможности упорядочения предпочтений, которому в те годы отводилось так много места на страницах запад-ных экономических журналов и книг. Центральное место в новой книге о спросе занимал следующий вопрос: как могут быть выражены индивидуальные оценки, проявляю-щиеся в наблюдаемых фактах рыночного предпочтения?
В книге <Пересмотр теории спроса> уже не использу-ются непрерывные кривые безразличия. Тщательно подби-рая формулировки, Хикс уклоняется от прямого исполь-зования категории индивидуальной полезности, прибегая к понятиям <предельные оценки> (оценки предельного при-ращения покупаемого товара) и <средние оценки> (при-емлемая для покупателя средняя цена данного количества товаров). Кривые предельных оценок (marginal valuation curve) и средних оценок (average valuation curve) стано-вятся важным средством, характеризующим рыночное поведение потребителя. Так, при сохранении дохода покупа-телей на неизменном уровне в условиях совершенной кон-куренции кривая предельной оценки, по утверждению автора, ведет себя примерно так же, как обычная кривая. рыночного спроса.
В еще более резкой форме, чем прежде, Хикс отвергает закон убывающей полезности (в соответствии с его новой терминологией-<принцип снижающейся ценности>). <Существует,-пишет он,-много вещей, которые представят меньшую ценность для потребителя, если он сможет располагать лишь небольшим количеством таких благ, но их ценность будет возрастать (вплоть до определенного предела) вместе с увеличением их количества> [J. Hiсks. A Revision of Demand Theory, p. 88-89.]
Однако при построении кривых предельных оценок, как и кривых безразличия, требуется знать закономерности формирования индивидуальных оценок. Установить же конфигурацию кривых предельных оценок эмпирическим путем вряд ли возможно; во всяком случае, никаких соображений относительно практического решения проблемы Хикс не приводит. А поскольку законы формирования предельных оценок неизвестны, не удается прийти к сколько-нибудь содержательным обобщениям.
Допустим, например, что рыночная цена товара снизи-лась. Предположим вслед за Хиксом, что кривая предельных оценок на первом этапе возрастает; в таком случае мы придем к выводу о расширении спроса на данный товар. Тем самым еще раз иллюстрируется действие <общего закона спроса> (в книге <Еще раз о теории спроса> Хикс отмечает, что в новой трактовке теория спроса по своему содержанию приблизилась к концепции Маршалла).
Но насколько велики окажутся в этом случае эффект замещения и эффект дохода? До каких размеров расширится рыночный спрос? Исходя лишь из теоретических соображений, здесь невозможно дать более точную коли-чественную характеристику процесса, разве что ограни-читься следующим соображением: расширение спроса раньше или позже натолкнется на определенные эконо-мические границы. Но подобные тривиальные суждения явно не нуждаются в обосновании с помощью столь рафи-нированного аналитического аппарата. По-видимому, сознавая это, Хикс должен отметить, что с практической точки зрения мы решительно ничего не потеряем, если прибегнем к самым общим соображениям относительно эластичности спроса [J. Нiсks. A Revision of Demand Theory, p. 94.].
В работе <Пересмотр теории спроса> особенно отчетливо ощущается влияние неопозитивистской методологии. На передний план выдвигается <гипотеза предпочтения>, поскольку именно отношение предпочтения поддается не-посредственному наблюдению и проверке. Во многих рассуждениях автор - вольно или невольно - стремится свести все многообразие явлений и процессов товарно-капиталистического обращения к элементарному отношению единичного потребительского выбора. Результатом этого явилось предельное обеднение экономического содержания теории, сугубо формальный характер получен-ных результатов. Постепенно выяснилось, что на столь узком фундаменте вообще невозможно воздвигнуть сколь-ко-нибудь содержательную теорию спроса.
Работа <Еще раз о теории спроса> демонстрирует некоторые тонкие приемы формально-логического анализа, однако такие приемы, как правило, лишены сколько-нибудь существенного практического значения. <Многие из соотношении, которые "открывает" или развивает в этой книге Хикс, пленяют преподавателя, читающего специаль-ный курс абстрактной "экономической теории... Но если подходить к вопросу с прагматической точки зрения, следует отметить, что открытия Хикса вряд ли обладают какой-либо практической ценностью. Они никоим образом не повлияют ни на рекомендации в области хозяйственной политики, ни на прогнозы будущих событий или объ-яснение прошлых>, - писал в рецензии на эту книгу из-вестный американский экономист Ф. Махлуп [The American Economic Review, March, 1957, p. 133. ].
Эволюция теории спроса от статьи Хикса и Аллена к работе <Еще раз о теории спроса> сопровождалась существенным <измельчанием> рассматриваемых проблем и объединением их реального содержания. <Хитроумным способом из слов создаются высокие воздушные замки, кладка из слов прочно скрепляется цементом логики, и все же ни одна истина не поселится здесь> [Т. Сагl1уle. Sartor Resartus. London, 1858, p. 32. ]. Эти слова, написанные в середине прошлого века соотечественником Хикса Т. Карлейлем, может быть, чрезмерно резки, но они в общем верно характеризуют одну из главных тенденций в развитии хиксианской теории цены.
Вопреки мнению некоторых критиков, главная сла-бость этой теории состоит не в том, что рассматриваемые понятия <недостаточно конкретны> и их невозможно непо-средственно обнаружить в реальной действительности. На самом деле подлинно научные абстракции глубже, верней, полнее отражают реальную действительность; в качестве примера такого понятия В. И. Ленин приводил абстрак-цию стоимости [См.: В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 29, с. 152. ]. Однако в теории Хикса научная харак-теристика категории стоимости просто отсутствует, а по-нятия, рассматриваемые в книгах <Стоимость и капитал> и <Еще раз о теории спроса> (а также в статьях, посвя-щенных проблеме потребительского излишка), чаще всего не располагают качествами, присущими подлинно науч-ной абстракции.
Теория стоимости и цены Хикса намеренно уходит от анализа общих закономерностей, присущих капиталисти-ческому способу производства, сосредоточивая все внима-ние на формально-логическом анализе отдельных сравни-тельно узких вопросов (таких, как потребительский вы-бор, эффект замещения в рыночных операциях отдельного покупателя и т. д.). Конечно, даже формальная логика, как отмечал Ф. Энгельс, представляет прежде всего <ме-тод для отыскивания новых результатов, для перехода от известного к неизвестному> [К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, с. 138.]. Однако оттачивающаяся техника <чистой> теории цен - техника, позволяющая, по ироничному замечанию Хикса, вытаскивать кроликов из пустой шляпы (см. с. 116-117), все более превращается в самоцель, отрываясь от подлинно содержательного анализа важнейших социально-экономических процессов.
Теория капитала. Вопрос о природе капитала всегда относился к числу наиболее острых и сложных. С конца прошлого столетия наибольшим влиянием в буржуазной политической экономии стала пользоваться концепция австрийской школы. Так, в работах одного из наиболее известных представителей этой школы Е. Бем-Баверка доход на капитал выводился из субъективно-психологиче-ских оценок - прежде всего из предпочтения благ, потребляемых в настоящее время, будущим благам. Наряду с этим была разработана и другая (<производ-ственная>) теоретическая схема: поскольку производст-во предметов потребления с давних пор носит более или менее <окольный> характер, хозяйственные блага, которые не потребляются в настоящее время, можно использовать для того, чтобы обеспечить <опосредст-вующие> блага. Последние помогают повысить эффек-тивность функционирования капитала и таким образом расширить выпуск конечного продукта. Тем самым допол-нительные хозяйственные блага оказываются обязанными своим происхождением капиталу, воплощенному в тех орудиях, которые используются на промежуточных ста-диях производственного процесса.
Переход к <окольным> методам производства, разуме-ется, не может произойти мгновенно; в результате такого перехода увеличивается период между началом производ-ства опосредствующих благ и моментом выпуска готовой продукции. Так в теории капитала австрийской школы на первый план выдвигается время; оно играет решающую роль и в пониженной субъективной оценке будущих благ, и в реализации более сложного технологического цикла (Бем-Баверк даже исходил из того, что повышение эф-фективности пропорционально увеличению продолжительности производства, связанному с переходом к <околь-ным> методам). Такой подход, связывающий доход на капитал просто с течением времени, всегда привлекал внимание Хикса. И в книге <Стоимость и капитал>, и в по-следующих работах в качестве отправного пункта своих рассуждений он неизменно использует <классическую>, по его словам, теорию капитала Бем-Баверка, и прежде всего тезис о предпочтении благ, потребляемых в настоящее время, будущим благам.
В соответствии с традициями буржуазной теории Хикс выводит норму процента как некую своеобразную цену, фигурирующую в срочных сделках, но в отличие от ряда предшественников и современных ему экономистов (вклю-чая Кейнса) он лишь мимоходом упоминает о <собствен-ной> норме процента для отдельных товаров. В центре внимания Хикса находится прежде всего рынок ценных бумаг. Ценные бумаги в отличие от денег должны прино-сить процентные доходы, поскольку хранение таких бу-маг предполагает затраты, связанные с инвестированием денежного капитала; что же касается ценных бумаг, вы-пущенных на более продолжительный срок, то в этом; случае процентные доходы должны компенсировать срав-нительно меньшую ликвидность и больший риск потерь при учете таких бумаг в банке.
Таким образом, процент в книге <Стоимость и капитал> выводится из поверхностных отношений, складывающихся на товарных рынках и на рынке ссудного капитала. Само существование положительного процента отражает субъективное предпочтение текущих благ будущим, а также стремление участников хозяйственного процесса избегнуть риска, связанного с недостаточной ликвидностью ценных бумаг. Фиктивный капитал, который исторически и логически может сформироваться и получить раз-витие на базе движения ссудного капитала и функциони-рования механизма процентных ставок, здесь оказывается исходной предпосылкой возникновения процента. К. Маркс показал всю нелепость попыток выводить определение ссудного процента из простых отношений обмена, купли и продажи [См.: К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 25, ч. I, с. 390.]. Ведь рыночные сделки, которые предполагают не эквивалентный, обмен стоимостей, а увеличение стоимости во времени, принципиально несводимы к операциям простого товарного обращения: содержание таких сделок отражает прежде всего движение, самовозрастанием капитала.
В концепции Хикса без ответа остаются вопросы о конечном источнике стоимости, образующей процентный доход, и об объективной природе экономических отношений, воплощенных в ссудном проценте. Концепция процента, развиваемая Хиксом,-это, по справедливому замечанию советского исследователя В. Г. Шемятенкова, взгляд на мир с точки зрения биржевого спекулянта. <В узких рамках фондовой биржи, где деньги не только по форме, как мерило ценностей, но и по существу явля-ются единственным критерием хозяйственной деятельности, она выражает накопленную веками практическую мудрость денежного рынка> [В. Шемятенков. Теории капитала. М., 1977, с. 97. ].
Определение капитала. В начале гл. XII книги <Стоимость и капитал> кратко перечисляются различные под-ходы к определению капитала - как совокупности средств производства или как денежной суммы, используемой в хозяйственных операциях с целью получения дохода. Бо-лее подробное развитие эта классификация получила в выступлении Хикса на заседании американской экономи-ческой ассоциации в 1973 г. К числу <сторонников теории фонда> () Хикс отнес тех экономистов, которые определяли капитал как денежную стоимость, это, по его мнению, прежде всего представители английской класси-ческой политической экономии, а также У. Джевонс и многие сторонники австрийской школы. В последней трети прошлого столетия в западной экономической теории уси-лилось влияние <материалистов>, то есть сторонников трактовки капитала как совокупности предметов, облада-ющих определенным общим признаком. К их числу Хикс причисляет А. Маршалла и А. Пигу [См.: J. Hicks. Capital Controversies: Ancient and Modern. American Economic Review, Papers and Proceedings, May 1974.].
Те, кто видел в капитале лишь совокупность предме-тов, например, производственное оборудование, фиксировали ex post процессы накопления в натуральной форме. Такой подход, по мнению Хикса, как бы обращен в про-шлое. Природу капитала полней отражает увеличение его стоимости в денежной форме. Особенно существенно для автора книги <Стоимость и капитал> следующее обстоя-тельство: для индивидуального предпринимателя понятие <капитал> связывается с денежной стоимостью, отражен-ной в бухгалтерских счетах фирмы. Именно такая трак-товка капитала фигурирует в плановых расчетах предпри-нимателя, обращенных в будущее.
Вместе с тем в книге Хикса сохраняются определения и теоретические схемы, использовавшиеся Бем-Баверком [Влияние Бем-Баверка ощущается, например, в отождествлении размеров капитала с количеством опосредствующих благ, при-чем размеры капитала в условиях стационарной экономики определяются уровнем ссудного процента (см. гл. IX кн. <Стоимость и капитал>. ] и особенно Маршаллом. Последний явно тяготел к <нату-ралистической> характеристике капитала (к <наиболее важным элементам торгово-промышленного капитала> Маршалл относил фабрику, машины, сырье и др.); про-цессы накопления капитала в <Принципах политической экономии> (см., например, гл. VI-VIII книги VI) рас-сматриваются главным образом с точки зрения индивиду-ального предпринимателя. У Хикса, как и у Маршалла, в качестве капитала чаще всего фигурируют товары произ-водственного назначения. В соответствии с маршалловской традицией теория капитала Хикса полностью сводится к элементарным микроэкономическим рассуждениям: анализ сущности капитала и проблема его функционирования ограничивается характеристикой деятельности фирмы, стремящейся к максимизации своего дохода. <Именно ра-бота сэра Джона Хикса <Стоимость и капитал> научила нас четко формулировать теорию капитала как проблему оптимизации для фирмы>, - пишет К. Эрроу [К. Arrow. Optimal Capital Policy with Irreversible Investment. Value, Capital and Growth. Papers in Honour of Sir John. Hicks. Edinburgh, 1968, p. 1. ].
Книга Хикса как бы расчистила путь для бесчисленного множества теоретических моделей, в которых процессы накопления капитала просто сводятся к выбору оптимального, с точки зрения капиталистической фирмы, инвестиционного проекта [См., например: В. Slow. Capital Theory and the Rate of Return. Amsterdam, 1964; L. Pasinetti. Switches of Technique and the "Rate of Return" in Capital Theory. - Economic Journal, September 1969; L. Pasinetti. Again on Capital Theory and Solow's "Ra-te of Return". - Economic Journal, June 1980.]. При постановке задачи форму-лируются предпосылки - методика дисконтирования бу-дущих доходов, степень взаимозаменяемости между различными ресурсами, характер используемой индивидуаль-ной производственной функции и т. п.; дальнейший анализ носит довольно техничный характер. Налицо серьезное содержательное обеднение теории: вне сферы иссле-дования остаются главные вопросы - социально-экономическая природа капитала, внутренние противоречия движения капитала и закон капиталистического накопления.
Хикс неоднократно обращается к проблеме, которая со времени выхода в свет работ Д. Рикардо неизменно при-влекает внимание экономистов, - проблеме воздействия научно-технического прогресса на движение занятости. Еще во времена промышленного переворота ряд буржуаз-ных экономистов - Дж. Ст. Милль, Мак-Куллох, Сениор в др. - выдвинули идиллические теоретические схемы <ком-пенсации>, предполагающие, что высвобождаемый благодаря применению машин капитал используется для соз-дания новых рабочих мест. Аналогичные идеи присут-ствуют и в современной буржуазной теории капитала, те-перь, однако <компенсация> чаще мыслится как процесс, развертывающийся во времени и набирающий силу в по-следующий период. У Хикса чаще всего рассматривается технический прогресс в условиях фиксированного уровня реальной заработной платы. В замкнутой модели хозяйст-венного роста нововведения в текущий период неизбежно ведут к сокращению спроса на рабочую силу (при прочих равных условиях), однако в длительном плане техниче-ский прогресс должен способствовать дополнительному увеличению совокупной занятости.
Анализ исходных посылок хиксианской модели эконо-мического роста показывает, что такие схемы неизменно предполагают недостаток капитала. Размеры занятости за-висят лишь от масштабов наличных производственных мощностей [Этот момент особенно рельефно выделен в <хиксовой лек-ции>, прочитанной в 1986 г. известным французским экономистом Э. Маленво - см.: Е. Ма1invaud. Reflecting on the Theory of Ca-pital and Growth (Hicks Lecture). -Oxford Economic Pavers, No-vember 1986.] . В отличие от старых теорий <компенсации> в концепции Хикса упор делается на рост затрат капита-ла, необходимых (при сохранении прежней капиталоотдачи) для создания рабочих мест. При этом предпосылки, состоящие в том, что 1) технический прогресс носит ис-ключительно трудосберегающий характер; 2) расширение производственных мощностей связано жесткой пропорцией с темпами накопления капитала; 3) не рассматриваются изменения степени загрузки производственных мощностей и т. д., строятся таким образом, чтобы в результате ока-залось, что на движении занятости самым благоприятным образом скажутся именно те нововведения, которые могут обеспечить наивысшую норму прибыли. Подобные теоретическпе конструкции, как нетрудно видеть, подводят к избитому апологетическому тезису о <гармонии> долго-срочных интересов рабочих и устремлений капиталистов. Примечательная черта: с чего бы ни начиналась эта <ис-тория> - с предположения о высвобождении или связывании дополнительного капитала - она неизменно завер-шается счастливым концом. В обоих случаях, как сарка-стически замечал К. Маркс, <выходит, что раньше или позже капитал и рабочие снова соединятся, и тогда ком-пенсация готова. Следовательно, страдания рабочих, вытесняемых машинами, столь же преходящи, как и богат-ства этого мира> [К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 23, с. 449. ].
Ценность промежуточных благ, по логике австрийской школы, носит <производный> характер, она определяется ценностью выпускаемых с их помощью потребительских благ. Однако в рамках теоретических схем К. Менгера и Е. Бем-Баверка принципы формирования цен на средства производства не могли получить развернутой характерис-тики; капиталистический доход и рыночная цена на эле-менты производительного капитала оказывались недостаточно связанными между собой. Дальнейшее развитие буржуазных теорий капитала было связано с использова-нием концепции факторов производства, получившей хож-дение еще в первой половине прошлого столетия. В рабо-тах одного из основоположников теории предельной производительности, Дж. Б. Кларка (который, по классифи-кации Хикса, должен быть отнесен к числу <материалис-тов>), капитальные блага выступают в качестве условия производства, позволяющего обеспечить выпуск дополни-тельного количества продукции; их владелец получает вознаграждение, которое в равновесной ситуации должно и точности соответствовать <вкладу> этого фактора про-изводства (предельному продукту, созданному последней используемой единицей капитала). Разве строение или машина могут приносить в буквальном смысле ежегодный доход, исчисляемый как процентная доля их стоимости? - задавал вопрос Дж. Б. Кларк и отвечал следующим обра-зом: <Капитал, воплощенный в строениях, машинах и су-дах, действительно увеличивается таким образом. Он до-ставляет процент, но то, что доставляют конкретные сред-ства производства, есть не процент, а рента> [Дж. Б. Кларк. Распределение богатства. М.-Л., 1934, с. 112.].
Элементарные схемы равновесия в теории предельной производительности носили отчетливо выраженный статичный характер, что вызвало ряд критических замечаний Хикса. Английский экономист в довольно резкой форме отвергает трактовку Дж. Б. Кларком капитала как ста-тичного фактора производства. По его мнению, сама при-рода капитала и процента требует исследования в рамках моделей экономической динамики (см. гл. IX).
В дальнейшем изложении, однако, чаще всего встреча-ются теоретические конструкции, также основанные на принципе предельной производительности; от схем Клар-ка они отличаются лишь тем, что в них дополнительно включены ожидания предпринимателей. Выше уже отме-чалась особая роль, отводимая в экономической теории Хикса ожиданиям участников хозяйственного процесса. Учет этих ожиданий позволяет, по мнению автора книги <Стоимость и капитал>, заложить основы <общей динами-ческой теории>. Лишь через много лет он признает, что схемы, рассматривавшиеся в этой книге, на самом деле носили не динамический, а <квази-статичный> характер [См.: J. Hicks. Methods of Dynamic Economics, p. 68-69.], и объяснит это влиянием столь же статичных конструк-ций, содержавшихся в <Общей теории занятости, процен-та и денег> Кейнса.
Условия равновесия. Используя маршалловское поня-тие временного равновесия, Хикс существенно модифици-рует его. Он отказывается от столь часто встречавшегося в <Принципах политической экономии> деления периодов на долгосрочные, краткосрочные и <однодневные>. В книге <Стоимость и капитал> рассматриваются промежутки вре-мени, на протяжении которых цены в рамках всей систе-мы остаются неизменными. Автор предлагает условно счи-тать такой период <недельным>. Следуя друг за другом, такие периоды намечают ряд ситуаций, каждая из кото-рых характеризует временное равновесие. Впоследствии Хикс указывал, что подобная характеристика временного равновесия была подсказана работами известного швед-ского экономиста Э. Линдаля.
Нетрудно видеть, что такая схема по самому способу своего построения статична: она не дает ответа на вопрос о том, как система переходит от одного состояния вре-менного равновесия к другому. Ожидания и расчеты участников хозяйственного процесса должны были как-то <оживлять> эту систему, приводить ее в движение. Но если у Линдаля ожидания могли сочленять систему во-едино, поскольку текущие ожидания определялись в пред-шествующий период, то у Хикса ситуации временного равновесия могли <отслаиваться> друг от друга, распа-даться, поскольку ожидания формировались, исходя из опыта текущего периода. Ведь в силу самого определения равновесия у Хикса, когда на протяжении недели рыноч-ный спрос и предложение выравнивались и цены устанав-ливались на равновесном уровне, ожидания также оказы-вались в полном соответствии с утвердившимися на рынке ценами. В своих последующих работах - <Капитал и экономический рост> (1965) и <Методы динамической экономики> (1985) [Книга <Методы динамической экономики> представляет собой переработанный вариант первой части монографии <Капитал и экономический рост>.]-Хикс должен был существенно пересмотреть характеристики временного равновесия.
В гл. XV книги <Стоимость и капитал> Хикс вновь возвращается к вопросу об условиях равновесия для ин-дивидуальной фирмы. На сей раз среди величин, опреде-ляющих такое равновесие, фигурируют дисконтированные доходы от продажи готовой продукции (<текущая стои-мость> потока разновременных доходов) и дисконтирован-ные затраты на приобретение факторов производства. Та-кие соотношения, как показано в книге, обладают опреде-ленной общностью: из них можно вывести и принципы распределения доходов Кларка, и даже <предельную про-изводительность ожидания>, которая, по мнению известного шведского экономиста К. Викселля, должна регули-ровать уровень ссудного процента.
Бросается в глаза, что в условиях равновесия, выписанных Хиксом, наряду с объективными характеристика-ми функционирования капиталистической фирмы появля-ются и такие величины, как <ожидаемая цена> денег, получаемых в последующий период. Примечательно, что Хикс, призывавший к <очистке> теории цен от некоторых произвольных субъективно-психологических построений, не решается, когда речь заходит об источнике дохода на капитал, посягнуть на столь <зыбкую> категорию, как предельная производительность ожидания.
Из сформулированного в книге третьего условия рав-новесия следует, что в точке равновесия предельный предпринимательский доход просто исчезает [Процентные доходы при этом выступают как единственный доход собственника капитала или как источник тех денежных по-ступлений, которые используются для платежей кредиторам, предо-ставившим в ссуду свой денежный капитал. ]. Как и в других статичных моделях равновесия, в которых капита-листическая фирма максимизирует массу прибыли, пред-принимательский доход (или по крайней мере предельное приращение этого дохода) выступает как некий преходя-щий момент, который с течением времени, по мере уста-новления равновесных пропорций, должен исчезнуть; в равновесной ситуации владение капиталом может обеспе-чивать лишь процентный доход. Тем самым на передний план выдвигается формула <капитал-процент> - самая бессодержательная, по словам К. Маркса, формула капи-тала.
Модели статичного равновесия с особой наглядностью отражают фетишистские представления, порождаемые буржуазными хозяйственными отношениями, фетишист-скую форму капитала. <Процент, являющийся не чем иным, как лишь частью прибыли, т. е. прибавочной стои-мости, которую функционирующий капиталист выжимает из рабочего, - писал К. Маркс, - представляется теперь, наоборот, как собственный продукт капитала, как нечто первоначальное, а прибыль, превратившаяся теперь в фор-му предпринимательского дохода, - просто как всего лишь добавок, придаток, присоединяющийся в процессе воспроизводства. Здесь фетишистская форма капитала и представление о капитале-фетише получают свое завершение> [К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 25, ч. I, с. 431-432.].
Но обратимся, следуя логике буржуазных экономистов, к характеристике связей между капиталом и процентным доходом. Еще в вульгарных теориях капитала, развитых Сэем и Рошером, процент выступал в качестве платы за <производительные услуги> капитала. Однако вплоть до настоящего времени буржуазные экономисты связывают такие <услуги> капитала с использованием живого труда наемных рабочих. В книгах и статьях современных бур-жуазных экономистов такая зависимость чаще всего задается с помощью производственной функции и тем са-мым на передний план выводятся технико-экономические аспекты проблемы (какое количество потребительных стоимостей можно произвести с помощью тех или иных средств производства) [У самого Хикса можно найти следующее соображение. Когда речь идет о таких моделях использования капитала, как производ-ственная функция, логически правильнее использовать не катего-рию <капитал>, а такие понятия, как <производственное оборудование> или <машины> (см.: J. Hicks. Capital and Time. Oxford, 1973, p. 177).] . Тем самым выводится совершенно несообразное, но характеристике К. Маркса, отношение между потребительной стоимостью, вещью, с одной стороны, и определенным общественным производственным отношением, прибавочной стоимостью - с другой [См.: К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 25, ч. II. с. 384. ]. Без ответа остается и вопрос о том, почему собственность на капитал сама по себе может служить достаточным усло-вием, обеспечивающим постоянный приток доходов. Ука-занное обстоятельство, по справедливому замечанию Й. Шумпетера, <лишает убедительности все теории,-как примитивные, так и более рафинированные, - которые выводят процент только из производительности капи-тала> [J. Schumpeter. History of Economic Analysis. New York, 1954, p. 656.].
Влияние цен и процентных ставок на движение капи-тала. Важное место в теории капитала Хикса занимает анализ влияния, которое оказывают на операции капита-листов изменения цеп и процентных ставок. При этом ряд приводимых в книге суждений носит довольно очевидный характер и вряд ли требует для обоснования изысканных теоретических схем. Это относится, например, к тезису, согласно которому устойчивые изменения цен и процент-ных ставок с течением времени будут оказывать больше> (чем в первый момент) воздействие на операции капита-листических фирм.
Особенно большой интерес, с точки зрения Хикса, представляет вопрос о влиянии рыночной нормы процента па продолжительность производственного периода: к это-му вопросу он возвращается и в последующих работах - <Капитал и экономический рост> (1965) и <Капитал и время> (1973).
Характеризуя изложенную Бем-Баверком концепцию капитала как слишком упрощенную, применимую лишь в исключительных случаях, Хикс видит свою задачу в том, чтобы продемонстрировать несообразности, содержащиеся в этой теории. В книге <Стоимость и капитал> он показывает, например, что изменение рыночных процентных ставок, вопреки утверждениям представителей австрийской школы, не может оказать непосредственного влияния на продолжительность применяемых производственных про-цессов (или технические характеристики оборудования) [В последующих работах Хикс склонялся к тому, чтобы вооб-ще исключить из теоретического анализа понятие <период произ-водства> (см.: J. Hicks. The Austrian Theory of Capital and its Re-birth in Modern Economics. Oxford, 1973). ]. Даже если согласиться с логикой основных рассуждений Бем-Баверка, в действительности такие изменения могут затронуть прежде всего масштабы капиталовложений, а не их технические характеристики [В последующие годы, однако, Хикс счел за благо умерить резкость критических замечаний в адрес теории капитала Бем-Баверк. Некоторые положения этой теории он пытался соединить с характеристикой <индуцированного технического прогресса>, о котором Хикс писал еще в <Теории заработной платы>. Из этих рассуждений следовало, что из-за требований рабочих и вызванных этими требованиями индуцированных технических нововведений спрос на труд должен будет в долгосрочном плане особенно силь-но сократиться (см., например: J. Hicks. Methods of Dynamic Eco-nomics, p. 154-158).
В 60-70-х годах Хикс уже не собирался <изгонять> теоретиче-ские представления Бeм-Баверка; теперь он полагал, что <авст-рийская теория не ушла в прошлое. Она не только обладает прош-лым, ей предстоит будущее> (J. Hicks. The Austrian Theory of Capital and Its Rebirth in Modern Economics. - Carl Monger and the Austrian School of Economics. Oxford, 1973, p. 206). Все это может служить еще одним свидетельством того, насколько непоследовательной, внутренне противоречивой оказалась ординалистская <чистка> теоретических представлений австрийской школы.].
В действительности изменения рыночных процентных ставок, конечно, могут сказаться на хозяйственных опе-рациях торгово-промышленных фирм, в первую очередь на размерах их товарно-материальных запасов, они могут оказать некоторое влияние и на выбор инвестиционных проектов, а следовательно, на вложения в основной капи-тал. Обратим внимание, однако, прежде всего на постановку теоретической проблемы. Накопление капитала с самого начала полностью сводится к процессам, разверты-вающимся на микроэкономическом уровне; ссудный про-цент и товарные цены в таких теоретических схемах выступают как внешние (<экзогенные>) факторы, регули-рующие динамику и структуру производства.
Иначе говоря, из сложной системы диалектических взаимосвязей, в рамках которой определяющая роль принадлежит общественному производству, вырываются отдельные, как правило, поверхностные соотношения, выра-жающие зависимость отдельной фирмы от рынка. При этом фундаментальные закономерности, определяющие влияние производства на процессы, протекающие в сфере обращения, скажем влияние научно-технического прогрес-са, реального накопления и роста органического строения капитала на движение товарных цен и норму процента, просто <выпадают> из сферы анализа; на первом плане неизбежно оказываются связи, которые отражают обрат-ное влияние товарных цен и ссудного процента на формы движения капитала в рамках отдельных компаний. Подобный подход придает анализу поверхностный харак-тер, неизбежно приводит к односторонности и искажение перспективы: в качестве главного фактора, формирующего структуру капитала, выступают меновые пропорции, скла-дывающиеся в сфере обращения [Более подробный критический анализ подобных концепций содержится в работах: 3. Соколинский. Теория накопления. М., 1973; В. Шемятенков. Теории капитала. М., 1977.].
Проблема воздействия процентных ставок на хозяйст-венные операции капиталистических фирм включает еще один аспект, особенно активно обсуждавшийся в буржу-азной политической экономии с 20-х годов нашего столе-тия. Это вопрос о том, может ли центральный банк с по-мощью денежно-кредитной политики вывести капиталис-тическую экономику из кризисного (или депрессивного) состояния. Указанный вопрос приобрел исключительную актуальность в 30-е годы. Дело в том, что под влиянием <Великой депрессии> рыночные процентные ставки значи-тельно снизились, к тому же центральные банки во мно-гих капиталистических странах интенсивно проводили в жизнь политику <дешевых денег> с целью стимулирова-ния хозяйственного роста. Все эти попытки не приносили, однако, заметных результатов.
Неэффективность денежно-кредитного регулирования нашла отражение в работах ряда западных экономистов, в том числе и в <Общей теории занятости, процента и де-нег>. Кейнс ссылался, в частности, на ряд специфических препятствий, которые не позволяют (особенно в период господства низких рыночных ставок) норме процента опуститься ниже определенного уровня, а также на то, что норма процента в условиях депрессии может оказывать лишь ограниченное воздействие на предельную эффектив-ность капитала [<Если бы снижение нормы процента могло само по себе быть эффективной мерой, то можно было бы достигнуть оживления в течение довольно короткого периода времени и средствами, нахо-дящимися под более или менее прямым контролем финансовых ор-ганов. Но в действительности это не так просто: поднять предель-ную эффективность капитала, зависящую от неуправляемой психологии делового мира, не так легко> (Дж. М. Кейнс. Общая теория занятости, процента и денег. М., 1978, с. 389).].
Указанные соображения оказали заметное влияние на Хикса: ссылаясь на Кейнса, он также упоминает в книге <Стоимость и капитал> о том, что в условиях, когда на рынке ссудного капитала установились низкие процент-ные ставки, их дальнейшее падение может оказаться не-возможным. Поскольку же в системе общего равновесия норма процента выступает в качестве одного из важней-ших стабилизаторов (см., например, гл. XXI), вся хозяй-ственная структура может стать <абсолютно нестабиль-ной>. Особенно большую опасность - как и в <Общей тео-рии> Кейнса - представляет именно снижение цен и процентных ставок в условиях серьезного падения хозяй-ственной активности.
Хикс высказывает и некоторые собственные соображения о возможных причинах неэффективности политики <дешевых денег>. Важнейшую роль в его теоретических схемах играют, как отмечалось выше, ожидания предпри-нимателей: большая часть предпринимателей, по мнению автора книги <Стоимость и капитал>, не <воспримет всерьез> падение процента, поскольку они просто не мо-гут предположить, что рыночные ставки будут долгое время оставаться ниже <нормального уровня>. Кроме то-го, низкая норма процента не может оказать серьезного влияния на расчеты предпринимателей, охватывающие сравнительно короткие промежутки времени. А при составлении планов на длительный период на первый план выдвигаются соображения относительно вероятного риска; этот фактор оказывается особенно существен-ным в обстановке развернувшегося экономического кри-зиса.
В послевоенные годы Хикс продолжал высказывать скептическое отношение ко всем проектам, возлагавшим основные надежды на регулирование предложения денег или условий кредита [Расхождения Хикса со многими представителями неокласси-ческого направления особенно рельефно проявились в 70-х годах при обсуждении природы стагфляции. Отмечая примитивный ха-рактер монетаристской трактовки, английский экономист констати-ровал: <Наши проблемы носят в настоящее время не просто денеж-ный характер и не могут быть решены с помощью монетаристских методов> (J. Hicks. The Permissive Economy.-"Crisis 75..?", IEA, Occasional Paper № 43, London, 1975, p. 17). ]. И все же резкое ослабление пози-ций кейнсианской теории и постепенное смещение акцен-тов в ортодоксальной буржуазной экономической теории, в частности все более острая критика в адрес фискальных методов регулирования, существенным образом отразились и на воззрениях Хикса. В этой связи можно сослаться на его статью, посвященную сравнению рекомендаций из-вестного английского экономиста Р. Хоутри и Дж. М. Кейнса (статья была впервые опубликована в 1969 г.). В этой статье Хикс должен признать, что в последнее время горизонт фискальной политики <затягива-ется грозовыми тучами>; денежно-кредитная политика, по его словам, гораздо лучше, чем бюджетная, приспособлена для того, чтобы передать всем предпринимателям какие-либо сигналы хозяйственной информации [См.: J. Hicks. Automatists, Hawtreyans and Keynesians. - Journal of Money, Credit and Banking, August 1969.].
Усилившиеся метания буржуазных экономистов, без-успешно пытающихся отыскать действенные методы хо-зяйственной политики, - свидетельство острого кризиса всей системы государственно-монополистического регули-рования.
Подводя итоги сказанному, отметим, что сам метод рассмотрения проблемы капитала может свидетельствовать о подлинной социальной направленности современной буржуазной экономической теории. Представители этой теории не просто ограничиваются поверхностным описа-нием операций отдельной капиталистической фирмы, они намеренно стремятся использовать при этом те понятия и представления, которыми, по их мнению, оперирует владелец капитала, его ожидания и расчеты. Тем самым такие экономисты, как показал К. Маркс, фактически пе-реводят на язык политической экономии <представления, мотивы и т. д. находящихся в плену у капиталистического производства носителей его, представления и мотивы, в которых капиталистическое производство отражается лишь в своей поверхностной видимости. Они переводят их на доктринерский язык, но с точки зрения господству-ющей части [общества], капиталистов, и поэтому не наивно и объективно, а апологетически> [К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 26, ч. III, с. 471.] .

стр. 1
(всего 6)

СОДЕРЖАНИЕ

Вперед >>